С момента взвода взрывателей прошло уже двадцать две минуты. Мы, что взрывная команда, что мужики из Залесья сидели вокруг самовара и пытались пить чай. Точнее мы с Тихвинским, уже переодетые, пытались, а остальные нормально себе пили и заедали натуральными баранками. Дело в том, что из соображений секретности, прибывший вчера 'дровяной обоз' был не в курсе нашей сегодняшней операции, но всё равно мужики поглядывали на нас с интересом - понимали, что телодвижения наши неспроста.
И тут шарахнуло! До школы было не меньше полукилометра, но удар был силён, особенно полами по ногам, причём этот удар пришёлся чуть раньше, чем грохот от взрыва. Что-то зазвенело и посыпалось на пол. С резким щелчком треснуло стекло в оконной раме. Степан поглядел в нашу с Евгением сторону уважительно и слегка ошарашено.
- Ну, вы, блин, даёте!
Отвечать ничего не стал. Чего я на самом деле могу сказать? Жаль, не удастся сегодня вечером к Ольге проскочить, вряд ли после нашей диверсии ей поспать придётся - хирургу работы на всю ночь должно хватить. И, остался ли жив часовой? По сути, не должен, до него там меньше тридцати метров было, даже если сменился, то тоже вряд ли - машина возле караулки немецкой как раз и стояла. Меня он фиг признает, я опять имел вид желтомордого задохлика с синяками под глазами, а вот Женю нужно снова перегримировывать. Но для этого у нас всё было, по крайней мере пара свежих фингалов ему не помешает.
- Степан, тебе придётся с Евгением немного подраться. Смогёте?
- В лучшем виде отделаю.
- Но-но, у меня второй разряд по боксу, так что отделаю тебя как раз я.
- Забьёмся?
Ну, прямо как дети.
- Так, бить будете по очереди. Аккуратно, но сильно. Понятно.
Народ поскучнел - ну да, выпить, закусить, подраться, что ещё надо, чтобы снять стресс.
- Что с листовками? - спросил у Фефера.
- Передал. Сказали: спасибо, но мало.
Триста листовок для города это конечно капля в море, остальное ушло на просвещение окрестностей.
- Про бумагу спросил?
- Клятвенно обещали что будет. Сам Павел Ильич обещал кровь из носа.
- Кто?
- Да Лиховей.
- Кстати, как прошла встреча?
- Нормально, как вы и обещали, даже не удивился.
- О беседе с командованием не просил?
- Нет, даже не упоминал. Завтра должны были ещё раз встретиться, но боюсь после этого, - Герман мотнул головой в сторону окна. - Не получится. А чего рванули-то?
- Угу, вероятно многие сегодня и завтра будут сильно заняты. А сегодня из дома лучше не выходить. А рванули казармы.
- Сильно!
Как бы подтверждая мои слова, за окном раздался выстрел, затем ещё два и короткая автоматная очередь. Нет, дома лучше.
Стрельба на улице, хоть и редкая велась до ночи, ночью же только усилилась - похоже немцы здорово перенервничали и палили по каждой тени.
Количество немецких патрулей в городе не возросло, но теперь они передвигались не меньше чем по пять человек. Похоже, сегодня в лес никого не погнали или наша диверсия не удалась - слишком уж много немцев на улицах. Документы, пока дошёл до госпиталя, проверили трижды. У входа так же стоял усиленный пост из трёх солдат. Снега перед входом почти не было - какая-то смёрзшаяся темно-бурая масса. Промурыжили меня на входе минут двадцать, но в здание госпиталя всё ж таки пустили. Первое ощущение это запах! Такого насыщенного запаха карболки, крови и гниющей плоти раньше здесь не было. Амбре было много сильнее чем в наших санитарных землянках.
Просидев ещё два с половиной часа, наконец, увидел Ольгу, точнее её полупрозрачную бледную тень. Да уж, измотали сивку крутые горки. Даже радости в глазах, при виде меня не появилось, одна глухая усталость. Это что охлаждение чувств или, правда, до того умаялась?
Поговорить нормально не удалось. Оля сунула мне в руку какую-то коробку и шепнула что через пару часов, если ещё чего не случится, будет дома. Коробка была увесистой, кроме таблеток там оказались и ключи. За два часа сумел, ничего не спалив, ну если только излишне пережарил, приготовить сносный обед.
Хозяйка не вошла, а чуть ли не вползла в дверь.
- Я спать...
Э нет, так не пойдёт.
- Ты когда ела в последний раз?
- Не помню. Вчера...
- Тогда ещё полчаса без сна переживёшь.
Пришлось сначала умыть девушку ледяной водой, а затем кормить едва ли не с ложечки. Всё же я чувствовал за собой вину - работы хирургам госпиталя мы подбросили порядком. По словам очевидицы, что клевала носом передо над тарелкой, после взрыва в госпиталь доставили тридцать два человека. Но это было просто последней каплей, до этого в течении месяца нарастающим потоком везли раненых. В основном из-под Москвы. В последние дни этот поток особенно усилился, и что самое неприятное для хирургов, массово пошла гангрена. До того тоже попадались запущенные ранения, но сейчас, вероятно, на фронте истощились запасы медикаментов и перевязочных материалов, кроме того большое количество обморожений, вносило свою лепту. Вот почему у них вонь такая стоит.
