«Я не доверяю им больше. Я не могу положиться на них. Я не могу делать то, что они попросят только потому, что они об этом попросили. Я не могу обратиться к ним за защитой. Не просто потому, что они не помогут мне, а потому, что они по-настоящему стали опасными для меня. И для тебя. И для папы, хотя он так не считает».
«Ты можешь отказаться быть Сикером? Это допустимо?»
Хантер усмехнулся: «Такое не случается часто, это уж точно. Я еще никому официально не сообщал — папа до сих пор пытается отговорить меня. Но в сердце я знаю — я хочу это сделать».
Я была ошарашена. Неудовлетворенность Хантера советом возникла недавно, но мне никогда не приходило в голову, что он может отказаться быть Сикером. Это было его призванием; его главной характеристикой.
«Ого», — проговорила я, — «Если ты не будешь Сикером, то что ты будешь делать?»
«Я не знаю», — признался он, — «Я никогда не занимался ничем другим, и никому, за исключением совета, не нужен Сикер. Я должен подумать об этом. А что думаешь ты о моем решении?»
«Я считаю, что тебе следует поступить так, как подсказывает сердце», — ответила я, — «Ты вправе сделать всё, что захочешь. Я помогу тебе в любых твоих решениях».
«О, Морган, это так много значит для меня», — сказал он с облегчением, — «Ты даже не представляешь. Если ты поддержишь меня, я брошу вызов кому угодно». Он сделал паузу. «Они не собираются позволить мне уйти», — объяснил он.
«Я знаю. Давай обсудим это завтра лично», — сказала я, — «Всё будет хорошо. Всё будет очень здорово. Я хочу смотреть вперед в будущее вместо того, чтобы трястись от страха в настоящем».
«Я буду с тобой везде», — ответил Хантер, — «А сейчас, мне кажется, я буду стараться избегать папы. Богиня, отцы могут быть занозами в заднице».
«Да, они могут», — сказала я с сухой иронией.
«Увидимся завтра, любовь моя».
«До завтра».
«Морган, может, тебе полегчает, если ты хоть немного позавтракаешь», — сказала Мэри Кей, садясь напротив меня за кухонный стол.
Я смотрела невидящими глазами. Стало казаться, что, вероятно, у меня действительно грипп. Я всё еще чувствовала себя ужасно, кости ныли, голова раскалывалась, тошнота подкатывала. Еле передвигаясь по кухне, я схватила диетическую колу, от лечебного действия которой мне стало чуть лучше.
«Кола успокаивает мой желудок».
«Там еще осталось овсяное печенье. С изюмом», — Мэри Кей отломила значительный кусок своего банана и ободряюще посмотрела на меня карими глазами. Такая естественная. Ей даже не требовалось пытаться быть такою. Этим утром, несмотря на то что еще не приняла душ, она выглядела свежей и чистой, с совершенной кожей и переливающимися волосами. Я тоже еще не была в душе, но могла бы напугать ребенка своим видом.
«Нет, спасибо. Где мама с папой?»
«Папа в подвале ремонтирует системную плату. Мама, должно быть, показывает дома клиентам. А я собираюсь к Джейси, как только ты меня подвезешь». Она притворно улыбнулась и похлопала ресницами, так что я не могла удержаться от смеха.
«Ладно. Только приведу себя в порядок».
Часом позже я подбросила ее до дома Джэйси, затем развернулась и направилась к Хантеру. Принятие душа, а также трех таблеток Талейнола улучшило мое самочувствие. Сейчас в машине у меня была минутка на колу и кусок тоста, и я надеялась, что скоро всё это поможет.
Мне стало лучше, однако прогулка до входной двери в дом Хантера не обошлась без ощущения, что следует оглянуться. Я не представляла, продолжит ли Эмирант дело Карьяна, хотя мне и казалось, что это очень личное. Я не могла не думать об этом.
Входная дверь открылась. "Привет", сказал Хантер.
Я моргнула, увидев его: «Ты всё еще чувствуешь себя плохо? Выглядишь ужасно».
Он потер рукой небритый подбородок. В отличие от солнечного цвета волос на голове, его щетина была темной, как и волосы на груди. И об этом мне следовало перестать думать немедленно.
Он пожал плечами, и я вошла в дом, автоматически направляясь к камину в гостиной. Я скинула с себя пальто и плюхнулась на диван, выставляя ступни к огню. В доме пахло приятным дымом и чистотой. Огонь обладает прекрасными очищающими свойствами.
«Думаю, мне лучше, чем вчера», — ответил Хантер, садясь рядом со мной так, чтобы наши ноги касались друг друга. «Может, просто требуется немного времени. Я никогда не был в зоне действия темной волны раньше, поэтому не знаю».
Я положила голову ему на плечо и вздрогнула от тепла, которое ощутила. «Возможно, ты недостаточно выпил чая», — сказала я, сделав серьезное лицо.
«Шутишь, да?» — он обвил меня руками, и мы прижались друг к другу, испытывая умиротворение от нахождения вместе.
"Где твой папа?", пожалуйста, будь вне дома, пожалуйста, уйди на целый день.
«Ушел за покупками. Здесь не осталось ничего съедобного, ведь мы были так заняты в последнее время»
Я надавила Хантеру на плечо так, чтобы он опустился набок: "Прекрасно".
«Хорошая идея», — сказал Хантер, потянув меня за собой. Мы лежали на диване, лицом к лицу, прижатые друг к другу, а моя спина приятно грелась от огня.
