Моргая от света прожекторов, они столпились вокруг пленников, осторожно, с трепетом притрагиваясь к их скафандрам и переговариваясь друг с другом. Затем один из них, крупнее других и более роскошно разукрашенный, вышел вперед и указал жестом в направлении сообщающегося с коридором балкона.
— Очевидно, они хотят, чтобы мы проследовали наверх, — заметил профессор. — У нас нет выбора, предлагаю подчиниться.
Тоннель, похоже, вел в центр пирамиды, но спустя примерно сотню футов завернул под прямым углом, продолжая подниматься, затем сделал еще два поворота, прежде чем они попали в другой каменный зал, поменьше первого.
Проводники остановились, дожидаясь остальных. Туземцы снова зашептались. Их вождь вышел вперед, давая жестами понять, что пленникам следует снять скафандры.
— Это самоубийство! — не сдержался профессор. — Несомненно, давление, к которому они привычны, в разы превышает наше атмосферное.
— Но я не вижу другого выхода, — возразил Ларри. Пленившие их существа выписывали вокруг угрожающие круги. — Я, пожалуй, рискну!
Прежде чем Диана и Стивенс успели его остановить, он нажал на клапан давления, и воздух стал выходить из скафандра вначале медленно, а потом все быстрее. Ничего ужасного не произошло. Юноша снял сдувшийся костюм и, оставшись в обычной одежде, улыбнулся:
— Раздевайтесь, воздух нормальный!
Это оказалось небольшим преувеличением, так как атмосфера была влажной и затхлой. Но, по крайней мере, дышать можно, как убедились Диана с отцом. Кроме того, теперь, когда прожектора погасли, выяснилось, что помещение тускло освещается свисающими с потолка маленькими кристаллами — очевидно, фосфоресцирующими. Вождь странных туземцев опять подошел с ним — теперь его лицо сияло — и обратился к профессору на каком-то варварском наречии. К изумлению Ларри и Дианы, профессор ответил примерно на таком же грубом языке.
— Ничего себе! Папа, как ты умудряешься с ним разговаривать?
— Весьма просто. Их язык приблизительно на треть совпадает с баскским, причудливо перемешанным с греческим. Это всего лишь доказывает другую мою гипотезу — что влияние атлантов простиралось не только в Египет, но и к востоку от Пиренеев и греческого полуострова.
Затем разговор с вождем возобновился — сбивчивый, со множеством жестов и тем не менее понятный обоим собеседникам. Наконец старый ученый повернулся к своим спутникам:
— Тайна странной затонувшей империи во многом прояснилась. Мой собеседник поведал целую историю о том, как эта страна медленно, на протяжении веков, погружалась в океан и как его предки шаг за шагом адаптировались к меняющимся условиям. Я перескажу все подробно, когда у нас будет время. Но сейчас главное — их страну завоевал человек, похожий на нас, и провозгласил себя императором. Нас отведут к нему.
— Но это невозможно! — воскликнула Диана. — Как он очутился здесь прежде нас?
— В устройстве, похожем на нашу субмарину, если верить этому туземцу. Один бог знает, кого нам предстоит узреть! Но что бы нас ни ожидало, мы не устрашимся.
— Согласен, — кивнул Ларри, бросив на Диану быстрый взгляд, свидетельствующий, что он отнюдь не в восторге от такой перспективы.
Впрочем, им было не суждено пройти это испытание судьбы прямо сейчас: в зал влетел посыльный в лоскутных штанах и сандалиях. В его правой руке был зажат маленький металлический квадрат. Он с низким поклоном вручил его вождю, прошептав с благоговением:
— Кабейри![3]
Профессор вздрогнул.
— Послание их верховных жрецов! — шепнул он.
Что бы там ни содержалось, квадрат произвел разительный эффект. Вождь обратился к соплеменникам с краткой речью, затем велел пленникам следовать за ним и устремился к выходу из зала.
Путь привел их обратно в наклонный коридор. Теперь они прошли через другую дверь и шагали вниз до тех пор, пока коридор не превратился в длинный прямой тоннель. По нему они прошли целую милю и наконец добрались до широкого квадратного помещения, где остановились.
— Полагаю, мы сейчас у основания большой пирамиды, — приглушенно пояснил профессор. — Вполне вероятно, что там живут верховные жрецы.
— Но что им нужно от нас? — спросила Диана.
— На этот счет у меня нет предположений.
Однако нотка беспокойства в его голосе не ускользнула ни от Дианы, ни от Ларри. Последний мягко сжал руку девушки, подбадривая.
Пигмеи провели их через маленькую дверцу в очередной тоннель-галерею под уклоном. По бокам располагались проемы. Они вошли в тот, что справа, и оказались в причудливо разукрашенной комнате, тускло освещаемой кристаллами. Вождь что-то быстро сказал Стивенсу, и все пигмеи вышли. Вход закрыл подъехавший сбоку каменный блок.
С минуту пленники стояли молча, пока глаза привыкали к полумраку. Вскоре они различили несколько странной формы стульев и расстеленных на полу ковриков.
— Что он сказал? — робко нарушила тишину Диана.
— Он сказал, что на ночь мы останемся здесь, а на рассвете нас отведут к жрецам.
— На рассвете! — повторил Ларри. — Откуда, черт возьми, они здесь знают, когда рассвет?!
