- Сейчас пошлю на кухню, позавтракаешь. - сказал ключник - А потом делай что хочешь, только со двор не уходи, и на царицыну половину не суйся.
- Царицу-то мне бы увидеть, хоть поблагодарить ее...
- Нечего - сказал старик - Что ты от нее сейчас хочешь, она и так знает. Надо будет - сама позовет. А так ее не надо беспокоить.
- Что ж, понятно... Послушай, а куда здесь по нужде можно сходить?
- Вон, туда - за амбар и налево.
Сходив наконец, куда ему было нужно, Хвостворту вернулся на задний двор, и сел за столом под живым навесом из хмеля. Скоро принесли еду, но Хвост голода не чувствовал. Съев пару ломтей хлеба и выпив молока, он пошел осмотреться
Имение Царицы было огромное. Но побродив по нему, Хвост не нашел ничего, чем он бы мог заняться. Вернувшись в свою комнатку, он потрепался немного с раненным, но и тот вскоре уснул. Хвост лег было тоже, но сон к нему не шел. Было даже странно: впервые за много месяцев он мог есть и спать сколько угодно, но ни того, ни другого не хотелось...
Хвост отправился прогуляться еще. Все двери и ворота кругом были открыты, и сторожей нигде не было в помине. Иди куда угодно, никто не помешал бы, кажется, и убраться со двора совсем. Но Хвостворту уже понял, что если Царица что-то здесь приказывает, то лучше не испытывать судьбу, переча ей без дела. Хвост заглянул в яблоневый сад, побродил там немного, и на самом его краю, вблизи хозяйкиной половины, натолкнулся на купальни. Три открытые ванны - такие же, как у матьянторского лагеря, обложенные камнем, стояли за небольшой оградкой, еще над одной была надстроена беседка. В одной из купален Хвост увидел бывших турьянских рабов - все шестеро сидели кучкой, не разговаривая, и не шевелясь. Их успели постричь и побрить, кажется, они даже немного поправились в щеках. Но взгляд у всех оставался таким же безучастным. Ни одного обрывка мысли нельзя было угадать на шести лицах. По зеркальной воде не пробегал ни один всплеск, только поднимался чуть заметный пар. В цветущем кругом саду стояла тишина. Над купальней сидела на скамеечке пожилая полная нянька, поминутно она вздрагивала ото сна, но тут же ее голова снова начинала медленно склоняться к груди.
Недолго думая, и не обращая внимания на женщину, Хвост разделся и влез в свободную купальню.
"Ничего, погуляем еще! - подумал он, вальяжно развалившись - Живой, и слава Небу! А что напугался вчера - так это в первый раз, что ли! Был бы толк!"
Так Хвост сидел, разомлевший и расслабленный, и то думал о своем, то балдел просто так. Тишина убаюкивала. Вдруг Хвостворту увидел на тропе, что вела к царициной половине, две женские фигурки. Впереди шла та самая светлая девушка - кувалдина названная сестра, за ней - молодая служанка.
- Здравствуй, Хвостворту! - крикнула молодая царица еще издалека. Нянька взвизгнула, вздрогнув со сна.
- Здравствуй, госпожа... - сказал Хвост.
- Я тебе не помешаю, надеюсь? - спросила девушка.
- Нет! Как же... - Хвост осекся на полуслове. Царица развязала пояс, подняла руки вверх, и служанка ловко, чуть не одним движением, стянула с нее белое платье.
Хвостворту поспешил отвернуться в сторону. "Вот же ж ты! Говорила Кувалда про то, какие они с виду простые в этом смысле! У них, наверное, в порядке вещей бабам перед мужиками голыми ходить, а тут - сама Царица!"
Девушка негромко рассмеялась:
- Что ты, распереживался прямо! Не видел никогда, что ли! Ну повернись, теперь уже можно!
Хвост повернулся к Царице. Та сидела по плечи в воде соседней купальни. Между оградками их ванн было не больше половины обхвата.
- Как ты себя чувствуешь? - спросила девушка, улыбаясь. Голос ее, нежный и звонкий, Хвост сразу узнал.
- Хорошо... - пробурчал смущенный Хвостворту - Хорошо, твоими стараниями, госпожа, и твоей... госпожи...
- Я-то здесь причем! - сказала девушка - я, можно сказать, ничего и не делала.
- Ну как...
Хвост первый раз посмотрел на молодую царицу прямо - и больше не мог оторвать от нее взгляд. Но не так, как вчера, когда был обездвижен чарами хозяйки, а совсем иначе. Сейчас он просто хотел смотреть и смотреть на это лицо. Вечером он не разглядел ее толком - полутьма ли помешала, стояла ли она всегда слишком далеко, или просто не приглядывался. Теперь же он глазам своим не верил, что бывают под небесами такие прекрасные девушки!
- Что "ну как"? - переспросила Царица, лукаво улыбнувшись.
- Я говорю: как же, ничего не делала. Я ж слышал, как ты говорила мне потерпеть, и потом - госпожа сказала "Усыпи его..."
- Деточка. - подсказала Царица.
- Да, так она сказала. Я и уснул.
- Ну, это легко. Это все равно, что ничего.
Хвост сидел, и в молчаливом восторге не мог сказать и слова, а только смотрел на молодую госпожу. Кожа на лице царицы была гладкая, без единого изъяна, светлая, но ни капли не бледная. Серые глаза, кажется, не большие, но взгляд их - ласковый и умный. Голос девушки, мягкий, ровный и чуть-чуть строгий, струилась будто ручей...
