– Ты же прекрасно понимаешь, что заурядным я стала тебя называть, чтобы убедить саму себя, что ты мне безразличен.
– Понимаю.
– Ты мне не облегчишь жизнь, да? Это месть за мой побег?
– Это месть за твою несмелость.
Я вновь улыбнулась и запечатлела невесомый поцелуй на его немного колючей бороде.
– А сейчас я достаточно смелая? – лукаво улыбаясь, поинтересовалась я.
– Нет. Вот это смелость, – властно обнимая меня за талию и вдавливая в свое крепкое тело, говорит сосед и тут же меня целует.
Я бы обязательно победоносно улыбнулась, вот только ради такой мелочи не захотела прерывать такой вкусный поцелуй. Неверов сам отстранился. Всего на сантиметр, но и этого хватило, чтобы я недовольно заворчала.
– Ещё раз убежишь – найди, свяжу и накажу! – голосом змея-искусителя поставил меня в известность мужчина.
Я коварно улыбнулась.
– Заманчиво звучит, – сказала я и на этот раз первая его поцеловала.
Как и когда мы оказались в его комнате – я не заметила. И лишь, когда меня уверенно, но бережно спиной опрокинул на мягкую кровать, открыла свои затуманенные глаза и быстро оценила обстановку. Пашка нависал сверху. Ни тени улыбки, только страсть и нежность в его взгляде.
– Что-то наш разговор зашёл не туда, – на выдохе сказал он.
– Согласна, – поддержала его я и надавила ему на плечи, чтобы он еще больше отстранился от меня.
Павел правильно меня понял, и удобно устроившись на подушках, притянул меня к себе. Я тут же оказалась у него под «крылышком» и, поцеловав его в знак благодарности за понимание, крепко обняла.
– Так за что моя мама так взъелась на тебя? – довольно-таки невинным голосом поинтересовалась я.
– За совращение дочери, – сморщив нос, недовольным тоном ответил Неверов.
– А поподробней.
– Ты когда убегала от меня, тебя увидела одна из наших «горячо любимых» бабулечек. Вот она и доложила твоей матери, что ты убежала из моей квартиры вся в слезах и в одной лишь тонкой рубашке. А я как последний мерзавец погнался за тобой с воплями, чтобы ты немедленно отдала мне рубашку и несмела никому говорить о том, что произошло. А если ты, не дай бог, забеременеешь, чтобы немедленно шла делать аборт.
– М-да. Как-то мама еще мягко с тобой.
– Я бы не сказал. Я когда пришел узнать, где ты, на меня чуть ли не с кулаками кинулись, благо твой отец её удержал. Правда, в челюсть я от него получил. Спасибо хоть в мою жадность они не поверили, а вот насчет твоей поруганной чести мне пришлось выслушать очень много.
– Я с ними поговорю и всё объясню, – даря ему еще один поцелуй, заверила его я.
– И что же ты скажешь, что после секса со мной просто сбежала, потому что испугалась? – со смешинками во взгляде, поинтересовался в свою очередь Павел.
– Ну, им необязательно знать, что между нами был секс. Я просто скажу, что мы что-то не поделили вот и поругались. Да и кроме той полоумной бабки никто же меня не видел в одной твоей рубашке, так что я сто процентов была прилично одета! И не рыдала. Вот. Родители мне поверят, обещаю.
– Если честно, мне как бы все равно, просто не хотелось бы, чтобы с будущей тёщей отношения испортились в самом начале. Ты же первая будешь переживать по этому поводу.
– «Будущей тёщей»?! А не рано ты её записываешь на эту должность?
– Нет. Теперь всё будет, как я хочу и скажу, так что готовься через месяц менять фамилию, – твердо и непреклонно заявил сосед.
– Ни за что! – воскликнула я, принимая сидячее положение.
Я даже руки скрестила на груди в знак протеста. Павел же лишь приподнял одну бровь.
– Раньше, чем через пять лет я замуж не выйду! – безапелляционно выпалила я.
– М-да, и что ты согласна, чтобы наш ребёнок родился в грехе? – лукавым тоном протянул он.
– Какой ребёнок?! Я ещё учусь. Так что ни о каких детях и речи быть не может!
– Ну-ну, посмотрим.
– Пашка!
– М?
– И когда ты из заурядного соседа превратился в наглого, самоуверенного, но такого замечательного мужчину моей мечты?
– Я таким и родился, – с наглой улыбкой ответил он мне и, притянув к себе, поцеловал. – Еще пять минут полежим и пойдем мириться с твоими родителями, – прервав поцелуй, тихо, но уверенно сказал Павел.
Я кивнула в знак согласия и с блаженной улыбкой на губах, положила голову на мужское плечо.
Эпилог
Я выходила из здания университета в компании своих одногруппников, оживленно обсуждая прошедший экзамен по ненавистной мне истории. И кто придумал, чтобы история была одним из основных предметов на экзаменах? Остановившись на последней ступеньке, перевела дыхание, не переставая всем улыбаться, а сама уже взглядом искала любимую синюю машину. На парковке её не оказалось, что меня немного огорчило, но всего лишь на долю секунды, так как тут же увидела, как синяя Мазда подъезжает к нам. Припарковавши машину всего в нескольких метрах от ступеней, из неё неспешно вышел Пашка. Обвёл быстрым взглядом нашу компанию и, найдя меня, улыбнулся, заставляя моё сердце в очередной раз пропустить удар.
Боже, по стечению двух лет я до сих пор не могу равнодушно реагировать на его улыбку.
– Привет всем, – подходя к нам, поздоровался он.