Иларио Пинна медленно шел по потайному ходу. Так бы он двигался намного быстрее, но младенец на руках, и еще сверток всякого барахла... м-да. Тут не побегаешь.
- Стоять!
Если бы руки у мужчины судорожно не сжались, он бы точно уронил малыша. И был повод!
Когда перед тобой в воздухе появляется призрак... тут поневоле задергаешься.
- А... э...
- Спокойно, - Моргана подняла призрачную ладонь. - я не причиню вреда ни тебе, ни своему правнуку. Клянусь кровью.
Иларио чуточку расслабился.
Правнуку?
То есть это...
- Сибеллин?
- Моргана Сибеллин, - спокойно кивнула Моргана. - Оставим это на потом. Я знаю, что произошло во дворце. Не возвращай пока сюда моего правнука, делай, как сказала Адриенна.
Иларио послушно кивнул.
Не вернет. Сделает. А...
- Поговори с Мией Феретти. И приходите.
- Н-но...
- Вас будут искать. Но вот на это моих сил хватит, - Моргана повела рукой.
По коридору пронесся ветерок, пыль на полу зашевелилась, и спустя пять минут Иларио мог бы поклясться - ходом никто не пользовался уже невесть сколько лет.
- А... я...
- В мое время мужчины были многословнее, - ехидно заметила Моргана. - Не переживайте, юноша. Все будет хорошо, но Мие все расскажите. И приходите.
- К-куда?
Моргана подумала пару минут.
- Полагаю, сейчас начнут обыскивать все ходы. Если вас найдут, будет плохо... можете просто пройти в сад? В розарий?
Иларио кивнул.
В розарий он мог, это не страшно.
- Вы сможете туда явиться?
- Да. Пусть Мия позовет меня по имени, я услышу ее и приду. Именно она.
Иларио снова кивнул.
- Я сделаю, ваше величество.
Моргана улыбнулась.
- Спеши. Время уходит, его почти нет... и передай Мие, что с ее братом все в порядке.
- Пока?
- Пока.
Иларио поклонился кое-как, с ребенком на руках это вообще сложно, и заспешил по коридору. Ну если так...
Ох, мамочки! Как-то оно... при исторических событиях присутствовать интересно, и детям потом много чего рассказать можно, но уж очень... опасно. А еще жутко. И мороз по коже...
А самое печальное, что и деваться некуда.
Иларио служил Филиппо Третьему от всей души. И любил покойного короля, как друга, как старшего брата, просто, как короля... уважал, как человека.
Да, называли Филиппо Змеиным Глазом, но в том-то и дело, что он - король! И мерки для него чуточку другие, не как для обычных людей. Мало кому из лавочников приходится вести суд, подписывать смертные приговоры... и это оставляет свой отпечаток. Иларио видел его другим.
Уставшим, серым, погасшим, умирающим от болезни - и радующимся Адриенне. Счастливым, что она - такая... не размотает сынок все, что доверено.
Будь Филиппо жив, он бы и сына удержал, и никогда бы ничего такого не позволил... при нем кардинал сидел тихо... ну, почти. Именно поэтому Иларио сейчас помогал Адриенне. Совесть и долг, порядочность и здравый смысл, все говорило об одном и том же. Все было воедино.
И мужчина решил действовать.
Может, он и погибнет. Но хоть перед Господом предстанет человеком, а не скотиной!
Мия (Лоренцо)
В пыточной было сыро и холодно. И в то же время - душно. Вот как может такое быть?
Низкие своды, крохотные окошки, через которые свет не проникает, а скорее, проползает внутрь, просачивается каплями, факелы, разные пыточные приспособления, столы, стулья, колеса, козлы, инструменты, от одного вида которых у особо впечатлительных родимчик приключится.
И запах...
Крови, боли, страданий...
Лоренцо послушно дал пристегнуть себя к большой крестовине. Палач перебирал инструменты, а Лоренцо даже не волновался.
Он ни в чем не виноват. Так что все разъяснится.
Вот и какой-то чиновник. Мелкий, явно совсем неважный... сидит, смотрит...
- Здравствуйте, дан Феретти.
- Добрый день. Ньор...?
- Леоне. Адельмо Леоне, к вашим услугам.
- Не могу сказать, что счастлив знакомству при таких обстоятельствах, - Лоренцо выразительно пошевелил привязанными руками.
Ньор Леоне, пожилой мужчина лет шестидесяти, такой весь добродушный на вид, кругленький, сразу видно - опасный, словно кобра, улыбнулся в ответ.
- К нам редко попадают настолько спокойные люди, дан Феретти.
- Ньор, я не знаю за собой вины, вот и не беспокоюсь, - Лоренцо серьезно посмотрел на ньора. - В чем меня обвиняют?
Ньор Леоне посмотрел в карие глаза парня.
Вот убивайте, режьте, вешайте... что хотите с ним делайте! Но ньор Леоне всем чутьем ищейки, наработанным за сорок лет беспорочной службы, чувствовал - невиновен! Иной тут ангелом светлым выглядит, но нутро ведь не обманешь! Так и поет - врут тебе! В глаза врут, нагло врут... еще и не краснеют. А тут парень уверен в себе и спокоен.
Почему?
- Дан Феретти, вас обвиняют в попытке убить короля.
Круглые глаза Лоренцо сказали ньору Леоне все, что он хотел узнать.
- А зачем мне его убивать?
И этот вопрос - тоже... действительно - зачем?
- Если ее величество отдала вам приказ...
- Но я ее видел всегда при свидетелях. И никаких приказов она мне не отдавала.
Ньор Леоне покачал головой.
- Дан Феретти, вы сами понимаете... если вы не сознаетесь, я буду вынужден применить пытку.
- То есть вас вынудят, - понятливо кивнул Лоренцо.
Ньор Леоне опустил глаза.
