Гонит ли человека умного жизнь к смерти? Не обязательно, но сугубо в исключениях. В общем и целом интеллект лишь подталкивает человека к изменению жизни (в лучшую или же худшую сторону), которую тот может себе построить за счёт своего желания. И лишь в некоторых случаях человек сходит с ума от гнёта мыслей и рассуждений, заканчивая в петле. Таким образом, смерть и интеллект не имеют определённой связи. Скорее противопоставленное интеллекту невежество приводит к смерти достойных людей. Декаданс высших экономических слоёв общества показывает интересный результат: либо они абсолютно безэмоционально поглощают всё, что видят, либо находятся в куда более глубоком моральном упадке духа, чем представители низших сословий. Совокупность факторов познания даёт более чёткое понимание общей картины. Люди индивидуальны: мещане живут в бедности и одновременно в радости, либо смиряясь с этим миром, либо совершенно слепы, а зажиточные люди, теряя смысл собственных денег, пресыщаясь этой жизнью и понимая, что никакая радость не в силах перебороть печаль, предпочитают плюнуть на всю эту человеческую возню и отправиться на покой. Богач может ходить в рванье, но для того нужна уверенность, что при желании он может в нём и не ходить. Бедный же сойдёт с ума, имея деньги, но не используя их на сто процентов. Оттого рабочий класс на грани нищеты любит одеваться на последние деньги с лоском, дабы никто не подумал, что внешний вид его указывает на пустые карманы и задолженность в банке.
Многие успешные люди из той разумной части богачей, имея успех, не имеют счастья и обременены своими деньгами, славой и одиночеством среди пышных празднований. Если им неинтересна игра в павлинов, то они тем самым теряют львиную долю социальных взаимодействий. Большинство людей общаются между собой сугубо ради утончённого хвастовства. В бессмысленной болтовне заключается важнейшее искусство: внедрить в неё нотки самодовольства, унижения оппонента и как можно больше лжи.
Я не рассматриваю категорию «нищий и умный», потому что внутри неё всё совсем печально, да и достаточно понятно, что ничего, кроме саморазрушающего тяготения к смыслу и счастью, там не может и быть. Живут они плохо, кончают ещё хуже – сплошная тоска и боль. Однако именно выжившие в этих условиях люди зачастую представляют собой лучших из людей, совмещая возможности и богатый на верные суждения ум.
Разум, богатство, смерть – всё это связано и не связано, сложно переплетено между собой нитями, то указывающими на прямую связь между этими понятиями, то на совершенное её отсутствие.
МИЛОСЕРДНАЯ ТИШИНА
О, друг мой, вы застали меня в не лучший момент. Боюсь, я ничего не могу вам сказать сейчас – на душе у меня мольба тишины. Вас не пугает этот гул необъятного? Вас не ввергает в ужас вся эта возня червей, что называется нашей жизнью? Право, желать полной тишины равносильно желанию увидеть рай – столь же недостижимо.
Как думаете, может быть, Бог всё же умер? Я имею в виду, что не человек убил его или же он пребывает в летаргическом шоке от пережитого, но что, если он сам убил себя? Взгляните вверх – там звёзды. Они холодные и безжизненные, мы не видим откликов существования иной жизни в мироздании. Учитывая, что нашей Вселенной уже миллиарды лет, то вполне разумно хотя бы иногда задумываться о возможности инородной жизни в этом безграничном мире. Представим, что мы не первая разумная жизнь, но, например, самая поздняя цивилизация. Тогда встаёт вопрос: а где же все? Тот, кто посвятил своё свободное время изучению философии, тот наверняка задумывался о самоубийстве. Это факт, который глупо оспаривать. Глупо считать разговоры о смерти через самоубийство чем-то недопустимым, как, например, хождение нагишом по центральной площади в полдень. Об этом НУЖНО говорить, потому что плоды молчания давно уже созрели и их мы наблюдаем день ото дня: люди просто отупели. Без скорби они превратились в радостных поросят, любящих жрать бисер и танцевать, находясь по уши в дерьме. В этой же грязи они рады будут прожить всю свою жизнь и здесь же будут рады умереть. Более того, свою любовь к моральной антисанитарии они прививают своим детишкам, называя это преемственностью. Условно говоря, если отец был кретином, то святой долг сына заключается в том, чтобы стать ещё большим кретином, чем его отец, чьё тело на тот момент будет кормить червей, а его нарциссический разум давно уж погаснет.
Всё их мышление сводится к односложному размышлению на темы, связанные с семейным очагом, с карьерным предназначением безукоризненной службы в виде шестерни в механизме. Волнуют их лишь гендерная роль, чужое мнение и наслаждение, сопровождаемые блистательной дрессировкой, впивающейся им в сознание своими клыками и заставляя изрыгать из себя нечто похожее на: «Чё как баба?.. Я мужик… Мужик должен… Баба должна… Надо детей делать, а то чё не как все?.. Чё ты вырядился как дебил?.. Всё новое – дерьмо, а вот как раньше было – чётко…» Список можно продолжать бесконечно.
