Пристегнув ремень безопасности, я приоткрыла окно и закрыла глаза. Когда я их открыла, машина уже мчались по шоссе, ветер шумел в ушах. Мы въехали в туннель, освещенный мигающими флуоресцентными лампами.
Тридцать минут и двадцать один туннель спустя мы повернули налево к морю. Я увидела указатель на Рапалло, и мы проехали под старым каменным мостом, из неровных щелей которого пробивались зеленые сорняки.
– Annibale, – сообзил Никколо. – Мост Ганнибала.
– Построенный Ганнибалом?
– Нет, имени Ганнибала Лектера. – Он стукнул по рулю. – Ха! Нет, очевидно, Ганнибалом. Ганнибал бывал здесь, в Лигурии.
– Очевидно, мне еще многое предстоит узнать.
– Но вопрос в том, как ты будешь учиться. – Он лихо вписывался на компактной машинке в повороты. – Подозреваю, что ты предпочитаешь учиться по книжкам, а не на собственном опыте.
– Возможно, – признала я.
Наш путь пролегал по узкой и извилистой дороге, проложенной рядом с морем. Проехав мимо карминовой церкви, расположенной между двумя холмами, мы остановились рядом с площадью, прямо под знаком «Парковка запрещена».
Никколо по кирпичной дорожке повел меня в деревню. Первые этажи розовых зданий занимали бутики и кафе. Они были увешаны мерцающими светящимися лампочками, которые отражались в черной воде, где мирно покачивались рыбацкие лодки. Единственными звуками был скрип дерева и лязг снастей. Вдалеке возвышались холмы, а на гребне стоял средневековый замок, залитый белым светом луны.
– Какое чудесное место, – заметила я. Жаль, что я не могу полюбоваться этим видом с Уильямом. – Спасибо, что привез меня сюда.
– Не за что! Давай поужинаем в моем любимом ресторане. – Белоснежная улыбка расплылась на его лице. Он взял мои холодные ладони.
– Это очень щедро с твоей стороны, Никколо. Но я бы предпочла вернуться в Геную. Не хочу, чтобы волновалась семья, где я остановилась.
Некоторое время мы просто молчали, потом Никколо ответил, немного уязвленный:
– Я выполню твое желание, отвезу тебя домой, но перед этим доверься мне еще раз. – Мы шли вверх по ровной дорожке, которая была вымощена песчаником. Она извилистой лентой ложилась на склоны крутого каменистого холма. – Надеюсь, твой парень не будет возражать.
– Если тебе так интересно, есть ли у меня парень, то ответ – нет. Но ты, Никколо, красивый парень, из знатной семьи, у тебя впереди многообещающая карьера. У тебя же наверняка есть девушка. – Я сделала паузу. – Как она отнесется к нашему пребыванию в этом романтическом месте?
Он остановился посреди тропинки.
– У меня много друзей-девушек. – Он провел ладонью по отросшей щетине, – но девушки нет. Я просто не встретил подходящего человека. Знаешь, очень трудно найти ту самую… которая понравится моей семье.
– Полагаю, графине угодить весьма не просто.
– Тут речь не только о симпатиях родителей. Я последний мужчина, который носит фамилию Фальконе.
– Значит, ты должен позаботиться о наследнике, о следующем поколении Фальконе. Боже правый, я словно очутилась в шестнадцатом веке, – пробормотала я. Он кивнул.
– Зачем же ты тратишь на меня свое драгоценное время?
– Мне нравится твое общество.
– Мы лишь вчера познакомились!
Никколо едва заметно улыбнулся, он выглядел одновременно и старше, и моложе своих двадцати семи лет.
– Я не пытаюсь к тебе подкатить, если ты думаешь об этом. Ты мне просто нравишься. – Он протянул руку и удержал меня за ладонь. – Ты умная и веселая. Не такая, как все те, с кем я обычно общаюсь. Я говорю о своих друзьях.
Я вдруг подумала о том, что Никколо был лишь sei vecchi fa – всего шесть поколений отделяло его от Федерико Фальконе, при условии, что они были долгожителями. Не так уж много времени прошло. Возможно, Никколо знал, где находится изумруд. Может быть, если я подыграю ему, он расскажет мне о камне?
Пока мы шли до мощеной площади, на которой застыла церковь в стиле барокко, ветер хлестал нас то по лицу, то толкал в спину.
Никколо снова взял меня за руку, и мы поднялись по отполированным ступеням на каменную террасу, огражденную металлическими перилами. Оттуда открывался вид на море, раскинувшееся, плещущее волнами всего в нескольких футах внизу. Лунный свет не попадал на воду, поэтому я лишь могла слышать рокот прибоя да грохот бурунов о скалы.
Мы подошли к краю террасы, и Никколо прошептал мне на ухо:
– Мальчишкой я часто сбегал по этой узкой тропинке. Не хочешь попробовать?
– Уже слишком темно. – Я еще раз бросив взгляд вниз. Отступив назад, прямо в теплые объятия Никколо, я замерла, наблюдая за облачками пара, появлявшимися после наших выдохов.
– Не беспокойся, со мной ты в безопасности. – Никколо обнял меня, положив руку поверх ключиц. Другой рукой он указывал в разные стороны:
– Генуя вон там, Рапалло вон там, а вон там – Чинкве-Терре.
