Завтра уже шестнадцатое мая, оставалось всего две недели, и тогда… Впрочем, это уже не имело значения, если Алекс не выживет. Если он не придет в себя, все окажется совсем ненужным и неважным. Тогда уже все равно…
«Нет, нет, я не должна так думать! – Деника отогнала от себя страшные мысли. – Все будет хорошо, у меня все получится! Я смогу, я справлюсь! Я должна справиться! Должна!..»
Она посмотрела на Алекса: он уже не вздрагивал, забывшись тяжелым тревожным сном, но лучше ему не становилось. Деника намочила полотенце заново и, пристроив его Алексу на лоб, ненароком скользнула пальцами вниз, по его щеке, губам… Вздрогнула, испуганно отдернула руку. Уже знакомое чувство с новой силой пронзило ее, но почему-то именно в этот момент Денике невыносимо захотелось заплакать. Сердце заледенила тоска, словно должно было случиться что-то плохое. Впрочем, Деника знала, что. Но как, как теперь вернуться домой, к тому, что было, к той жизни, что выбрали за нее? И как отказаться от… Алекса?..
Не думая, что делает, она еще раз осторожно провела рукой по его лицу, поразилась, какая нежная кожа у него на висках; и губы – такие мягкие, что Деника на мгновение замерла. И вдруг поняла, что безумно хочет, чтобы он именно сейчас, в этот самый момент, пришел в себя, увидел ее и… поцеловал…
Яростно замотав головой, она выгнала эти мысли из головы и тут почувствовала, как сильно устала за сегодняшний день. Она еле стояла на ногах, и следовало немедленно лечь спать, если она не хотела свалиться прямо здесь и сейчас же. Дени вздохнула, тайком еще раз взглянула на Алекса и отправилась примерять спальный мешок.
* * *
Встала Деника с рассветом и первым делом, затаив дыхание, подошла к кровати. Сердце упало: Алексу даже на вид стало хуже. Он весь горел и метался в забытьи; простынь была смята, а одеяло сброшено на пол. С трудом уняв дрожь, Деника укрыла Алекса, потом поменяла повязку на месте укуса и тут заметила, что губы у Алекса приоткрылись, пересохли и даже потрескались. Деника бросилась за водой, смочила ему губы и с ужасом поняла, что ведро совсем пустое. Нужно было бежать к ручью, но Дени боялась даже представить, что ей придется оставить Алекса одного хоть на минуту. Что, если ему станет хуже, а ее не будет рядом? Она никогда себе этого не простит. Но Алексу нужно было пить – от этого зависела его жизнь. И Деника решилась. Если она будет бежать изо всех сил, то обернется в пять минут. Это совсем недолго. И больше она не отойдет от него ни на шаг.
Чтобы отвлечься от мыслей о неотвратимой беде, по дороге к ручью Дени заставила себя думать о том, как помочь Алексу. Вот ведь досада: даже в ее вечерней сумочке можно было отыскать больше лекарств, чем в этом домике на опушке леса. Разве что рискнуть наведаться в погреб, который до сих пор был для Деники под строгим табу. Но сейчас из двух зол меньшим было все-таки вторжение в частную жизнь. Если Алекс не выкарабкается, ему уже будет все равно, что она о нем разузнала.
Уверившись таким образом в своем решении, дома Деника первым делом направилась к погребу. Откинула крышку и смело спрыгнула вниз, в темноту. Впрочем, проникающего из дома света было вполне достаточно, чтобы понять, что здесь и подобия аптечки не было. Лыжи, деревянные сани, топор, пила, пара удочек со снастями, канат, свернутый в кольцо, и куча каких-то поломанных вещей в углу. Деника обреченно выдохнула, но все же окинула еще раз погреб взглядом. И чуть не вскрикнула от радости. На стене, связанные в цепочку тоненькой бечевкой, висели самые разные высушенные травы и несколько полотняных мешочков, в которых Деника с восторгом обнаружила не один вид сушеных ягод. Найти среди них малину, как и отобрать из лекарственных трав знакомую ромашку труда не составило. Теперь следовало заварить все это, настоять, процедить и отпаивать Алекса.
Дрова, к счастью, в доме были. А вот чтобы развести в печке огонь, Денике пришлось помучиться. В итоге она воспользовалась десятком страниц из умных книжек Алекса, и только потом огонь соизволил перекинуться на поленья и заиграть желто-красными отблесками. Впрочем, любоваться пламенем времени у Деники не было – следовало вскипятить воду и приготовить целебный чай. Откопав в нехитрых пожитках Алекса пару эмалированных кружек, она в одну бросила несколько ягод малины, а в другую наломала ромашки. Первое от жара, второе – противовоспалительное – именно то, что сейчас так нужно ее больному.
Пока вода в ведре грелась, Деника еще раз продезинфицировала рану Алекса, потрогала у него лоб, сокрушенно вздохнула и присела на кровать. Все, что она могла, это ждать – но именно этого Деника не умела. Нужно было что-то делать, чем-то занять себя, иначе можно было сойти с ума. Под руку попалась так варварски испорченная книга. «Лекарственные растения» – значилось на ее обложке.
– Вовремя, – усмехнулась Деника, однако томик открыла и погрузилась в чтение.
