– Давайте пройдем в соседний кабинет ультразвуковой диагностики, там уверитесь, что я не ошиблась, – гинеколог подбадривающе похлопала по плечу девушки, относясь к ней с пониманием.
– Да, пойдемте, – сказала Анна, уверенно поднявшись со стула.
В кабинете было очень темно, по сравнению с прошлым. Черный экран только начинал свою работу, а гинеколог указала Анне, куда лечь. Павел занял выжидающую позицию прямо напротив экрана. Он старался не смотреть на Аню, ведь ее беременность стала огромным основанием порвать с ней всякие связи.
– Давайте приступим, – врач нанесла смазку на прибор и стала медленно водить по плоскому животу Анны, – вот эмбрион, примерно полтора-два месяца. Сердцебиение чистое, развивается вполне в нормах, несмотря на ваши дефициты витаминов и микроэлементов.
– Да где вы там его видите, – Павел извертелся на стуле, нервничая.
– Прямо вот здесь, – женщина выделила область растущего организма и сфотографировала его в программе. Вскоре принтер выдал изображение зарождающейся жизни.
– Мне надо выйти, – не выдержал мужчина и выбежал из клиники на улицу. Он уже бронировал билет обратно до Оттавы. Вся влюбленность к девушке моментально развеялась, словно эфемерное облако. Он начал перебирать множество вариантов, как так вышло, самым привлекательным оказался вариант, что Анна беременна не от него.
За столь трагичной ситуацией наблюдал детектив, нанятый Елизаветой, дочерью покойной бабушки. Он победно набрал своей начальнице и рассказал о сложившейся ситуации.
Елизавета была вне себя от восторга. У нее созрел план, как до конца сломать Анну и забрать все наследство себе. Она сиюминутно начала свой зловещий план превращать в жизнь.
– Соберись, тряпка, – Павел начал нервно ходить из стороны в сторону, пытаясь выдумать правдоподобный предлог, как улететь из Таиланда, оставив Аню одну. А там уже и заставить ее сначала сделать тест ДНК, который, он уверен, покажет, что отцом является не он. Вот только Анна видела его реакцию, ведь стояла за стеклянной дверью и наблюдала за его метаниями, сопровождаемыми отборным русским матом. Ей эта реакция не нравилась от слова совсем.
– Ты не будешь отцом этого ребенка, хоть и являешься им, – она незаметно подошла к мужчине, – более того, даже не думай выставить меня девушкой легкого поведения, ты был первым и единственным моим мужчиной. Но ключевое здесь слово «был».
Она ушла от него также резко, как появилась. Поймав попутное такси, она уехала домой. Вот только в ее планах больше не было самобичеваний и депрессии. Она была настроена родить здорового ребенка и стать ему отличной матерью.
Спустя два дня, она выходит из дома совершенно другим человеком, она уверена в себе, сияет здоровьем и успехом в своих начинаниях. За два дня она распланировала всю свою будущую жизнь, в которой не было место сомнениям, страхам и неуверенности. После получения наследства, она продаст всю недвижимость и отдаст эти средства детским домам России. Оставшиеся активы, машину и накопленные на счетах суммы, она оставит себе, чтобы начать новую жизнь в странах Скандинавии.
Изменять жизнь, так кардинально. Таков был девиз девушки, которую хотели сломать, глубоко обидели, оставили одну. Она и не знала, что ее кошмары еще только начинались.
За прошедшие два дня подготовилась и дочь Валентины Федоровны, она наняла мужчину, который должен был опорочить доброе имя Анны. Стать доказательством того, что Павел не отец ребенку Ани, ведь он уже начал колебаться и не улетел в Оттаву. Его совесть говорила ему остаться.
– Александр, вы поняли свою задачу, – Елизавета внимательно осматривала парня, стоявшего перед ней.
– Я должен обольстить девушку и создать как можно компрометирующих моментов, чтобы ваш детектив смог сделать фото, вот только я не понял, зачем вам оно надо за такие огромные деньги? – Александр очень хотел получить эту работу, ведь она могла покрыть его последние официальные долги и дать скрыться от неофициальных.
– Я всего лишь хочу забрать положенное мне наследство от матери, которое эта служанка начинает прибирать к рукам. Представляете, она завербовала мою несчастную мать отдать ей все свое имущество, – Лиза смахнула слезу, театрально вздыхая. Из нее получилась бы отличная актриса.
– То есть мы возвращаем награбленное. Очень благородно, тогда я согласен, – на самом деле он уже не думал о благородности, ему нужно было скорее спасать свою жизнь, а потому сотня тысяч долларов прекрасно окупала моральные издержки работы.
– И чтобы справился раньше, чем за пару месяцев. Через шесть она уже будет обладать всем, – приказным тоном сказала сорокалетняя женщина, – и раз ты такой красивый, надеюсь, окажешься и умным. Свободен, – она указала ему на дверь.
