Владельцы больших фирм обитают за несколькими слоями защиты и далеки от того, что происходит в «теневом сообществе». А вот менеджеры средних и мелких предприятий замечают все, что происходит. Отец Синоды, владелец торговой компании средней руки, оказался одним из тех, до кого дошли смутные слухи о Такуми и Эйдзи. Поэтому он велел сыну прекратить любые отношения с семьей Морикава. Кстати, звонки Юкино, когда кто-то молчал в трубку, и нож в почтовом ящике – это все дело рук преступной группировки.
– Вы с Эйдзи не раз советовались, и вас двоих не раз видели в компании Мураямы. В последний раз это было двадцать седьмого января – в день написания первого завещания.
Такуми снова молча кивнул. Он явно не собирался ничего отрицать.
– Вы с самого начала планировали отдать акции «Генома Зет» в казну. Если они окажутся у государства, якудза придется забыть о них и генные технологии не попадут в плохие руки. А пока есть три месяца до передачи имущества в казну, вы стали хлопотать о разрешении на новый препарат – «Масл мастер Зет».
Я перевела взгляд на поверхность воды и вспомнила реку, которую видела из вертолета.
– Синдикат, похоже, догадался о ваших планах и попытался помешать мне поднять сейф из реки, чтобы оригинал завещания так и не нашелся. Из-за них нам пришлось посылать вертолет, а господин Гиндзи потратил миллионов пять.
– Гиндзи неплохо зарабатывает. Выложить такую сумму ему ничего не стоит, – вдруг расплылся в улыбке Такуми и почесал в затылке. – Вы прекрасно во всем разобрались. И Эйдзи, и господин Мураяма, вместе с которыми мы это придумали, умерли, так что я уже думал, что придется доводить дело до конца самому.
На его лице и правда читалась не досада, а почти облегчение оттого, что теперь не надо нести этот груз одному.
– Одного я не поняла, – вставила я и задала наивный вопрос: – Зачем обещать имущество преступнику и бывшим девушкам? Можно ведь сразу передать все государству.
Раз уж я зашла так далеко, хотелось разрешить все загадки до единой.
– Это предложил Эйдзи, чтобы защитить меня, – отозвался Такуми и перевел взгляд куда-то вдаль. – Многие нас сравнивали, называли соперниками, но мы друг другу нравились, и отношения у нас были хорошие.
Эйдзи боялся, что все всплывет и загубит карьеру Такуми. Поэтому, пользуясь тем, что жить ему самому оставалось недолго, попытался скрыть неудачу друга с «Геномом Зет».
«Я всё равно скоро умру. Лучше пусть меня считают шутом, а ты должен преуспеть – и за меня тоже» – так сказал Эйдзи.
Все уже придумал умирающий, и теперь Такуми остается лишь передать государству свою долю «Генома Зет» – и его карьера будет спасена.
– Мы могли сразу передать акции в казну, но тогда рисковали переговорами о начале продаж «Масл мастер Зет». Для этого и понадобились три месяца на подготовку. А чтобы никто не заметил, как я потихоньку суечусь, мы решили столкнуть семью и компанию с другими проблемами.
Я вспомнила завещание и вставила:
– Так вот для чего вы задумали «комитет по отбору преступника» и раздачу имущества стольким людям.
Такуми кивнул:
– За мной особенно пристально следил вице-президент, поэтому нужно было его отвлечь. А благодаря словам «убийство» и «преступник» на них набросилась пресса и не дала продохнуть никому из начальников, включая Хираи. Это тоже задумка Эйдзи. Семью отвлекли так же: поскольку Томихару считал нас с Эйдзи противниками, мы понимали, что он начнет присматривать за мной. Чтобы оградиться от его внимания, мы заняли его скучной раздачей наследства.
– Какой масштабный план ради спасения карьеры.
Он задумчиво опустил глаза:
– Вы правы. Я тоже думал об этом и сначала не соглашался с Эйдзи: мне было неловко, что он так сильно хочет помочь. Затеял тот самый потлач, о котором часто говорит Томихару, а я ничем не смог отплатить, несмотря на все, что получил от него.
И действительно, по этому плану Эйдзи брал все проблемы на себя, вовлекал окружающих, а выгода доставалась Такуми. Как бы близки они ни были, в душе друга, осыпанного столькими благами, не могла не зародиться враждебность.
– Но я знал, что Эйдзи искренне желает успеха мне и «Морикава фармасьютикалз», поэтому принял его помощь. И понял, что надо правильно получать дар: набравшись решимости. Я не собираюсь погибнуть под бременем его подарков, а буду развивать компанию, – рассказал Такуми и повернул ко мне свое приятное загорелое лицо. – Через неделю наш с ним план осуществится. Подготовка к запуску препарата завершена, пройдет год – и мы начнем продажи. А вам не собираюсь препятствовать: вы можете рассказать о наших планах господину Хираи. В таком случае я во всем признаюсь и отстранюсь от управления компанией.
Видимо приняв окончательное решение, Такуми сжал губы в полоску и посмотрел на меня. Но я тоже кое-что решила для себя еще до того, как пришла сюда. Если бы Такуми начал сопротивляться, оправдываться, я бы поняла, что управление не для него, и рассказала бы все вице-президенту. А вот если бы он все признал…
