Монгольский обоз, табуны лошадей и охрана из тысячи всадников, были похожи на черный поток, заполнивший все русло реки. Тяжелые волокуши тянули волы, запряженные в несколько рядов. Что там нагружено не понять, все укрыто рогожей и шкурами. Таких волокуш я насчитал двадцать. Были и поменьше. Наверняка, хоть в одной из них, найдутся и детали к осадным орудиям.
— А охраны много, Володя. Не по силам нам.
Кубин стоял рядом и всматривался через густые ивовые кусты на реку. С холма, что стоял недалеко от русла, было всё хорошо видно.
— Да, ты прав, Власыч. Слишком много их. Но попробовать стоит. Получится у нас, и на один обоз у Батыя станет меньше. А вдруг тут осадные орудия везут?
Кубин посмотрел на речной поворот, откуда вытекали табуны лошадей и хмыкнул:
— А ведь и лошадей поганых лишить доброе дело будет. Так, Макар Степанович?
Лисин кивнул:
— Давно пора челны поразмять. Токмо много их, поганых-то. Как сполнять дело будем?
— А может просто обстрелять их, а обоз поджечь огненными стрелами и уйти?
Садов сплюнул и поправил налатник. Я вгляделся в поток, ну-ка ну-ка…
— Матвей Власович, глянь-ка внимательней на охрану.
Кубин обежал глазами монгольский обоз и нахмурился:
— Охрана как охрана. Хорошая, нечего сказать.
— А вы, бояре что скажете?
Но сотники пожали плечами. Только Горин, внимательно осмотревший обоз, сказал:
— Тяжелой конницы нет. А более я ничего и не приметил.
Усмехнувшись, говорю озадаченным боярам:
— Эх вы, сотники. Гляньте, а ведь охрана-то из данников состоит. Тут монголов-то нет. А если есть, то мало. Вон тот десяток, возможно.
Садов пожимает плечами:
— Не един ли крест для нас? Говори, Володимир Иванович, что задумал.
А задумал я то, что всегда использовали степняки против сильного войска. Хитростью выманить и внезапно ударить. Только я собираюсь ударить по обозу, а охрану обмануть. Так как в охране не монголы, то моя хитрость должна сработать.
— Давайте, бояре, отойдем.
Мы углубились в лес, густо растущий на краю холма. Остановившись на маленькой поляне, я на ровном снегу прочертил кривую линию.
— Вот это река. Как идёт обоз, вы сами видели. В голове охрана, примерно десять сотен. В середине растянулся обоз. За ними табуны. Наверняка за табунами идет ещё отряд, но, думаю, небольшой. А теперь моя мысль. Ты, Тимофей Дмитриевич, в хвост обоза зайди. С собой возьми полусотню, остальные пусть со мной будут. Макар Степанович, Борис Владимирович и Иван Пантелеевич, вы в начало обоза зайдите. Подальше. Встанете за дальним поворотом, пропустив дозор. Потом пусть вперед выедет пять десятков, как бы нечаянно с обозом столкнулись. Пусть стрел покидают малость и наутёк. Думаю, степняков в погоню много сорвётся. А вы за поворотом их и встретите. Это как мы у Люнды сделали, помнишь, Матвей Власович?
Кубин кивнул:
— Помню, но тут их больше, и намного.
— Погоди, я ещё не договорил. Ваша задача только отвлечь, оттянуть на себя охрану. Ударите стрелой, постоянно отходя и заманивая дальше, а потом в лес уходите. Нам силы ещё потребуются. Обозов и табунов у Батыя много.
Я повернулся к Садову.
— Теперь ты, Тимофей Дмитрич, как обойдёшь вон ту рощу, смотри, как начало боя увидишь, прямо в табуны вклинивайся, охрану бей стрелой и выдавливай коней в нашу сторону. Сколько сможем, столько и уведём. Охрана с той стороны вам мало чем помешает, только близко к ним не лезьте.
Сотники насупились.
— Ты, Володимир Иванович, нам как руки связываешь, от боя отваживаешь.
— Погодите, бояре, будет вам бой. Ведь не всё может гладко получиться. Главное обоз уничтожить, и коней угнать, сколько сможем. А саблей помахать всегда успеем. Теперь ты, Демьян.
Я повернулся к Горину.
— Ты со своими стрелками вместе со мной будешь. В обозе пусть твои молодцы наши особые стрелы возьмут и масло земляное. Бочонков десять, думаю, хватит.
— Всё, бояре, этот обоз от нас никуда не денется.
