— Если бы не эти законы и клятвы, — прервал ее старший брат. — я бы уже давно добился того, чтобы Итар занял трон. Вот только клятвы, что нас всех сдерживают, в лучшем случае позволяют нам лишь «слегка» помочь ему, не более. И это тот максимум, которого мы можем добиться. Хотя, — на лице беловолосого мужчины сверкнула коварная улыбка. — у меня уже есть несколько планов, чтобы избавиться от этих клятв.
— Только не говори мне, что ты решил обратиться к
— Этот план я задействую лишь в крайнем случае, Михаил. — как ни в чем не бывало ответил ей Люцифер. — И то, если
— Я все равно против того, чтобы ты просил помощи у
— Помню и прекрасно осознаю, чем это может обернуться для меня. — лишь улыбнулся Люцифер. — Но, если это поможет мне осуществить задуманное, я готов пойти даже на это. Но это, как я говорил, лишь в крайнем случае. Сейчас же у меня совсем иные планы.
— Что на счет Ирсиль? — неожиданно сменила тему Михаил. — Она может вмешаться в наш план?
— Шанс есть, но он слишком мал. Сейчас ее основной проблемой будет именно беременная наложница Итара. Точнее, она будет всеми силами пытаться отыскать ту единственную возможную лазейку в своде законов, что позволит ей обойти беременную наложницу и занять лидирующую позицию. — он усмехнулся. — Конечно, шансы стать первой женой Императора хоть и ничтожно малы, но все же есть.
— И ты думаешь, что она обратиться к тебе за помощью?
— У нее нет иного выхода. — пожал плечами Люцифер. — Конечно, если каким-нибудь чудесным образом беременная наложница Итара не исчезнет вместе с ребенком… — в этот момент Михаил хотела что-то сказать, набрав в грудь воздуха, но поднятая рука брата мгновенно ее остановила. — Но она не пойдет на это. Слишком рискованно и опасно для нее предпринимать какие-либо действия в этот момент. Особенно когда многим стало известно об будущем наследнике Итара. Возможно, знай она об этом раньше, то у нее был бы шанс избавиться от нее. Но не сейчас.
— Лично я против того, чтобы она становилась женой Итара. — неожиданно возразила Михаил. — Лучше воспользоваться подвернувшейся нам возможность, чем ждать какого-либо подвоха со стороны Ирсиль.
— И упустить шанс объединить Азардалиарскую Империю и Асфиралирскую Теократию? — с удивлением взглянул на Михаил Люцифер. — Такой шанс упустит лишь полный идиот. Не спорю, с ней будет трудно, но отказываться от
— Что сделает ее твоей должнице. — закончила за брата Михаил, вглядываясь в синеву его глаз.
— Верно. — улыбнулся Люцифер, сделав очередной глоток чая. — А долги, как ты знаешь, моя дорогая сестренка, связывают «Асфар» не хуже любой клятвы, что и станет нашим гарантом. К тому же, — заметил он. — есть неплохой шанс завладеть и Лифрирским Союзом, что, согласись, будет самым лучшим окончанием первой фазы нашего плана.
— Ты слишком оптимистичен, брат. — вздохнула Михаил, все же взяв в руки кружку с чаем. Сделав небольшой глоток и отметив довольно «неплохой» вкус чая, она улыбнулась. — Но если уж ты в этом уверен, то я подумаю над этим.
— Во дела…
Рандал находился во временной комнате, что для них выделили слуги замка. Конечно, покои были более чем достойные офицеров одного из наследников Азардалиарской Империи, но вот сам розоволосый парень предпочитал менее пафосные и богатые апартаменты. Нет, он любил богатство и роскошь, как и многие другие алчные и жадные люди, но предпочитал разбавлять все это несколькими обнаженными девушками и самым лучшим вином. Впрочем, сейчас его голова была забита другими, более важными на тот момент, мыслями.
— Согласен. — бросил Баладар. Он, восседая на дорогущей тахте ярко-алого цвета, выглядел не менее задумчиво и удивленно, чем остальные. — Уж такого я точно не ожидал…
— Я догадывался. — начал Иннес, что в тот момент находился в самом дальнем краю комнаты, возле нескольких стеллажей с книгами. — Конечно, до конца я не был уверен в моих догадках, но вот предположения на этот счет у меня были. Впрочем, — пожал плечами зеленоволосый мужчина. — это ничего не меняет.
— Еще как меняет, мой недалекий друг. — усмехнулся Рандал.
На эти слова Баладар повел бровью, выражая свое любопытство таким ответом, в то время, как Сагдар, что сидел на краю кровати, и вовсе не понимал, о чем идет речь. Лишь Иннес, лицо которого так и не изменилось, продолжал вглядываться в лицо розоволосого парня все с тем же скепсисом.
— Может быть тогда поведаешь мне, о мой «всезнающий» друг, чего же я могу не знать.