Волшебный туман прояснился на несколько мгновений, открывая взору симпатичную молодую ведьму с забавной россыпью веснушек на носу и скулах.
— Сочувствую, а я тут причем?
— Понимаешь, мой муж — граф Дарагон да'Арийский. Знаешь такого?
— О… как тесен мир, — развела руками Прия.
— Так вот, — Мистрель замялась под пристальном взглядом, что изучал ее из-за туманной завесы. — Я хотела узнать, как можно снять проклятье. Учти, если не захочешь отвечать, я найду тебя и выбью ответ силой.
Прия покачала головой. Всегда так. Ведьмы не могут общаться друг с другом без угроз.
— К чему все эти слова? Ведьмы должны помогать друг другу. И да, ты меня не найдешь, — все же не удержалась Прия. — Не твой уровень.
— У меня есть связи в ведьминском ковене. Помогут.
— У всех ведьм там связи. Будем мериться родами?
Мистрель почесала кончик носа. Раньше спорить и уговаривать других ведьм, кроме матери и сестер, ей не приходилось. А люди обычно быстро сдавались.
— Ты права, глупо выходит. Поможешь с проклятьем по доброте душевной?
— Может, и помогу, но зачем? Верный муж — залог счастья в семье.
— Верный, а не немощный.
— Это детали. Усладу для тела можно найти на стороне. А граф — отличный источник средств и связей.
— Это будет несправедливо. К тому же Дарагон не последний колдун, он может случайно превратить любовника в пепел.
— Верно, он на это способен.
В квартире воцарилось неловкое молчание, лишь скрип входной двери, тревожимой сквозняком, изредка прерывал его.
— Зачем он тебе? — первой нарушила тишину Прия. — Ты случайно не влюбилась? Хотя нет, тогда проклятье спало бы само.
Мистрель пожала плечами. То, что она испытывала к Дарагону, действительно сложно назвать большой и светлой любовью, но мужчина ей определенно нравился. Ведьма даже была не против попробовать с ним нечто большее, чем то, что предусматривала их магическая сделка.
— Я не невинна.
— Этого и не требуется, важны твои помыслы. Так что же тебя держит рядом с графом?
— Дочь хочу, — пояснила Мистрель для Прии.
— Я тоже хотела от него дочку, но не сложилось, — в голосе бывшей любовницы графа слышалась грусть. — Немало вспомогательных снадобий выпила, а его средство от нежелательных наследников оказалось сильнее.
— Поэтому ты его прокляла?
— Да, а еще он первый хотел меня бросить!
— Очень непредусмотрительно.
— Да.
Мистрель искренне сочувствовала Прие. Она тоже не любила обманываться в ожиданиях. А вот наказание для графа все же слишком жестокое. Существует уйма более простых и практически законных методов, чтобы наказать обидчика.
