– И-и, – говорит лисица, – перепрыгну! – Ну, и она попалась в яму.
Вот их набралось там в яме четверо, и стали они горевать, как им еду добывать.
Лисица и говорит:
– Давайте-ка голос тянуть; кто не встянет – того и есть станем.
Вот начали тянуть голос; один заяц отстал, а лисица всех перетянула. Взяли зайца, разорвали и съели. Проголодались и опять стали уговариваться голос тянуть: кто отстанет – чтоб того и есть.
– Если, – говорит лисица, – я отстану, то и меня есть, все равно!
Начали тянуть; только волк отстал, не мог встянуть голос. Лисица с медведем взяли его, разорвали и съели.
Только лисица надула медведя: дала ему немного мяса, а остальное припрятала от него и ест себе потихоньку. Вот медведь начинает опять голодать и говорит:
– Кума, кума, где ты берешь себе еду?
– Экой ты, кум! Ты возьми-ка просунь себе лапу в ребра, зацепись за ребро – так и узнаешь, как есть.
Медведь так и сделал, зацепил себя лапой за ребро, да и околел. Лисица осталась одна. После этого, убрамши медведя, начала лисица голодать.
Над этой ямой стояло древо, на этом древе вил дрозд гнездо. Лисица сидела, сидела в яме, все на дрозда смотрела и говорит ему:
– Дрозд, дрозд, что ты делаешь?
– Гнездо вью.
– Для чего ты вьешь?
– Детей выведу.
– Дрозд, накорми меня, если не накормишь – я твоих детей поем.
Дрозд горевать, дрозд тосковать, как лисицу ему накормить. Полетел в село, принес ей курицу. Лисица курицу убрала и говорит опять:
– Дрозд, дрозд, ты меня накормил?
– Накормил.
– Ну, напои ж меня.
Дрозд горевать, дрозд тосковать, как лисицу напоить. Полетел в село, принес ей воды. Напилась лисица и говорит:
– Дрозд, дрозд, ты меня накормил?
– Накормил.
– Ты меня напоил?
– Напоил.
– Вытащи ж меня из ямы.
Дрозд горевать, дрозд тосковать, как лисицу вынимать. Вот начал он палки в яму метать; наметал так, что лисица выбралась по этим палкам на волю и возле самого древа легла – протянулась.
– Ну, – говорит, – накормил ты меня, дрозд?
– Накормил.
– Напоил ты меня?
– Напоил.
– Вытащил ты меня из ямы?
– Вытащил.
– Ну, рассмеши ж меня теперь.
Дрозд горевать, дрозд тосковать, как лисицу рассмешить.
– Я, – говорит он, – полечу, а ты, лиса, иди за мною.
Вот хорошо – полетел дрозд в село, сел на ворота к богатому мужику, а лисица легла под воротами. Дрозд и начал кричать:
– Бабка, бабка, принеси мне сала кусок! Бабка, бабка, принеси мне сала кусок!
Выскочили собаки и разорвали лисицу.
Я там была, мед-вино пила, по губам текло, в рот не попало. Дали мне синий кафтан; я пошла, а вороны летят да кричат:
– Синь кафтан, синь кафтан!
Я думала: «Скинь кафтан», – взяла да и скинула. Дали мне красный шлык. Вороны летят да кричат:
– Красный шлык, красный шлык!
Я думала, что «краденый шлык», скинула – и осталась ни с чем.
Бежала лисица по лесу, увидала на дереве тетерева и говорит ему:
– Терентий, Терентий! Я в городе была!
– Бу-бу-бу, бу-бу-бу! Была так была.
– Терентий, Терентий! Я указ добыла.
– Бу-бу-бу, бу-бу-бу! Добыла так добыла.
– Чтобы вам, тетеревам, не сидеть по деревам, а все бы гулять по зеленым лугам.
– Бу-бу-бу, бу-бу-бу! Гулять так гулять.
– Терентий, кто там едет? – спрашивает лисица, услышав конский топот и собачий лай.
– Мужик.
– Кто за ним бежит?
– Жеребенок!
– Как у него хвост-то?
– Крючком.
– Ну так прощай, Терентий! Мне дома недосуг.
Лиса с журавлем подружилась, даже покумилась с ним у кого-то на родинах.
Вот и вздумала однажды лиса угостить журавля, пошла звать его к себе в гости.
– Приходи, куманек, приходи, дорогой! Уж я как тебя угощу!
Идет журавль на званый пир, а лиса наварила манной каши и размазала по тарелке. Подала и потчевает:
– Покушай, мой голубчик-куманек! Сама стряпала.
Журавль хлоп-хлоп носом, стучал, стучал, ничего не попадает!
А лисица в это время лижет себе да лижет кашу, так всю сама и скушала.
Каша съедена; лисица говорит:
– Не обессудь, любезный кум! Больше потчевать нечем.
– Спасибо, кума, и на этом! Приходи ко мне в гости.
На другой день приходит лиса, а журавль приготовил окрошку, наклал в кувшин с малым горлышком, поставил на стол и говорит:
– Кушай, кумушка! Право, больше нечем потчевать.
Лиса начала вертеться вокруг кувшина, и так зайдет и этак, и лизнет его, и понюхает-то, все ничего не достанет! Не лезет голова в кувшин. А журавль меж тем клюет себе да клюет, пока все поел.
– Ну, не обессудь, кума! Больше угощать нечем.
Взяла лису досада, думала, что наестся на целую неделю, а домой пошла как несолоно хлебала. Как аукнулось, так и откликнулось!
С тех пор и дружба у лисы с журавлем врозь.
Лиса и рак стоят вместе и говорят промеж себя. Лиса говорит раку:
– Давай с тобой перегоняться.
Рак:
– Что ж, лиса, ну давай!
Зачали перегоняться. Лишь лиса побегла, рак уцепился лисе за хвост. Лиса до места добегла, а рак не отцепляется. Лиса обернулась посмотреть, вильнула хвостом, рак отцепился и говорит:
– А я давно уж жду тебя тут.
Жил-был старик со старухою. Просит старик:
– Испеки, старуха, колобок.
– Из чего печь-то? Муки нету.
– Э-эх, старуха! По коробу поскреби, по сусеку помети; авось муки и наберется.
