Чем ближе мы подъезжали к главным заводским воротам, тем больше изумлял размах территории. Периметр внешнего контура по истине впечатлял. Металлические прутки высокого ограждения показались мне натянутыми словно струны, а между ними — гигантские металлические столбы, на вершине которых восседали, выкрашенные в черное, змеи с раскрытой пастью. Все это было схоже с исполинским безмолвием средневековых готических соборов. Змеи смотрели своим коварным взглядом, на всех нарушителей приближавшихся к ограждению, и казалось, что они вот-вот бросятся с высокого пьедестала, чтобы вцепиться кому-нибудь в глотку. На меня это нагнало жути. Но Саныч улыбнулся и сказал, что таковы традиции завода. Ведь он был основан около трехсот лет назад, одним графом сосланным сюда из Петербурга. «Странно, что житель северной столицы, не знает этой истории!» — усмехнулся Саныч. Он рассказал мне, что у этого графа был родовой герб в виде змеи, который я увидел чуть позже на стене заводоуправления, вход в которое располагался в самом центре левой вертикали буквы Ш.
Кстати, что касается пропускной системы, я был сильно удивлен, за пару десятков метров от главных ворот, Саныч остановил свой микроавтобус в небольшом ангаре. Я услышал шум, похожий на очень отдаленное сверление, затем волны синего цвета стали сканировать автомобиль. Все действие продолжалось не больше нескольких секунд, затем Саныч дал задний ход и выехал с ангара. Металлические ворота в одно мгновение распахнулись. Путь на территорию завода был открыт.
Саныч тронул и мы поехали в сторону главного корпуса. Мимо нас мелькали запутанные и пугающие лабиринты открытых трансформаторных подстанций, огороженных сетчатыми заборами. На каждой из них была строгая табличка с черепом и костями, как знак высокого напряжения. Меня, как человека привыкшего, они совсем не пугали, а скорее предупреждали, в отличие от металлических змей, встреченных мною на внешнем контуре. К трансформаторным подстанциям через всю тайгу тянулись высоковольтные линии электропередач. Множество гигантских металлических колоссов с тонкими ножками. Их опоры появлялись из под белых сугробов как и стволы хвойных деревьев, прораставших неподалеку. Но для благородного леса, это было нечто чуждое и он будто чувствуя опасность, убирал свои ветви подальше от высоковольтных великанов. Я люблю природу. В ней есть бесконечные загадки и безусловная магия. Но все же человеческие изобретения для меня ближе. Я созерцал провода, закрепленные на длинных изоляторах. И тянулись они от одной опоры к другой, чтобы передать электрический заряд, по скрученным медным проволокам, вот так человек обуздал эту магию, невидимых электронов. Обуздал даже в бескрайней сибирской тайге. И тянутся все эти линии откуда-нибудь с Братской ГЭС. По крайней мере, так это представлял себе я.
Мы приехали на площадку к главному корпусу завода. К самому центру левой вертикали буквы Ш. Вся стоянка была аккуратно очищена от обильного снега, занявшего всю окружающую тайгу. На площадке весь белый покров, был словно растоплен сотней тепловых пушек.
Бетонные стены главного корпуса возвышались в пять этажей. Большие оконные проемы были словно пробиты неведомыми машинами. Создалось ощущение, что бетонные блоки, вовсе не складывали один на другой тысячи строителей. Будто какой-то неведомый великан взял букву Ш из своего словаря и положил посредине тайги, а все остальное доделали машины, состоящие из неведомых нам узлов, с использованием каких-то невероятных технологий. «А ведь небось, один великан будет куда скромнее в своих денежных требованиях, чем тысяча строителей!» — сто чертей, что именно так наш директор бы и сказал! Но я отвлекся… Я прошел вместе с Санычем внутрь заводоуправления. В скромном тамбуре сидел всего один вахтер. Он сообщил куда-то и через двадцать минут из лифта вышел человек в черном, почти глянцевом, пиджаке. Это был высокий и худощавый мужчина, на первый взгляд лет пятидесяти, с седыми гусарскими усами и козлиной бородкой.
— Меня зовут Сергей Артамонович. Я здесь генеральный директор, — сказал он, подав мне руку. Я тут же протянул свою ладонь в ответ. Он пожал ее легонько, словно в нем совсем не было сил.
— Очень приятно, — немного запинаясь проговорил я, от оказанной мне чести, сам генеральный директор вышел встретить. Но как бывает в случаях сильного волнения я зачем-то решил добавить какую-то нелепицу, да еще нагловатым тоном: — Но Григорий сказал, что меня встретит главный инженер… Кстати, меня зовут Максим… Максим Иванов...
— Григорий сказал… хм… дело в том, что наш главный инженер в отъезде… Я лично покажу вам наш завод… Вы же к нам на месяц?
— На месяц?! — сильно удивился я.
— Григорий написал мне, что не менее месяца, вы у нас пробудите. Да как же иначе? Вы же за меньшее время и не разберетесь, чем мы тут занимаемся… хм… Хотя всех секретов нашего производства, мы конечно же, все равно раскрывать вам не будем…
