Конечно, я сейчас просто расстроена и оправдываю смерть Джейка, как то, что он вступил в бой со своей болезнью…, и он проиграл. Это нисколько не придает мне сил, чтобы бороться дальше. Я так устала от этих бесчисленных схваток. Но я надеюсь, что мой Джейк теперь будет в мире, где есть покой. Там не будет приема таблеток и химиотерапии.
Я мысленно представила, как Джейк танцует джаз-фанк, подражая своему кумиру Брайану Фридману. Мне даже кажется, что я слышу в своей голове музыку. Он завлекает меня, унося в миры, где мы с Джейком танцуем вместе, смеясь друг другу. Я ерошу ему волосы рукой, а он шепчет мне «Я здесь так счастлив!».
21
Утром я проснулась оттого, что у меня дико болела нога. Оказалось, что я провалялась на полу всю ночь в очень неудобной позе. Встав еле как с пола, чувствуя себя дряхлым старцем, даже и с деревянной ногой, я потащилась к кровати. Часы на телефоне показывали семь тридцать пять. Да я прям, мадам пунктуальность. Через пять минут начнутся процедуры и осмотры. Потирая щеку, на которой остались следы от кофты, потому что кое-кто (это я) спал, как полупьяный акробат. Медленно возвращаюсь воспоминаниями во вчерашний день. Джейк! Его имя всё еще приносит мне боль, даже когда не говорю о нем вслух. Наедине с самой собой, мне еще трудно. Как мне покинуть палату, и увидеть Руби, Стеллу, Льюиса?
Я переодеваюсь, чищу зубы и привожу себя в порядок. Между всеми этими хлопотами, я бурчу себе под нос мантру. Я знаю, что я сейчас выйду в коридор и увижу сочувствующие, жалеющие взгляды доктора Стивенса и других медсестер. Они будут говорить, что им очень жаль и они всё понимают. Но это не так. Им кажется, что они смогут понять нас. Они годами учатся в университетах, и они знают о наших диагнозах очень многое. Но мы и они по разные стороны берегов. Они могут принять смерть Джейка, как личное поражение. Но они никогда не смогут понять, сколько стойкости и веры, и отчаяния он пережил, когда был жив.
Наверное, вам кажется, что я слишком много думаю или размышляю. Да, это так. С детства мне нравилось анализировать поступки окружающих меня людей. Проигрывать несколько вариантов событий, которые могли никогда и не случиться. Казалось бы, что плохого заранее предугадывать ситуации и правильно действовать или подстраиваться под развитие событие? Но в этом были и свои минусы. Недаром говорят, что много думать вредно. Однажды, ты можешь смешать всё в своей голове, и потом уже не понять, где явь, а где придуманный мир.
Отрицание! Я вышла из палаты, и направилась в процедурную. В холле никого не было. Словно, с его уходом, опустел и мир, в котором его больше никогда не будет. Войдя в процедурный кабинет, я увидела Эйви. Эйви редко появляется в больнице. Она заменяет наших медсестер, как бы поточнее выразиться, запасной вариант. Сначала я не поняла, кого именно не хватало из медперсонала.
– Дина?
Эйви смотрела на меня с растерянностью.
– Где Руби? – спросила я.
Эйви начала молча брать кровь на анализ. А я, сложив губы трубочкой, разглядывала ее. Белоснежная матовая кожа, выразительные голубые глаза и зачесанные рыжие волосы под медицинскую шапочку. Да, я понимаю, что Эйви немногословна, но не может же она проигнорировать мой вопрос.
Толстый шприц наполнился кровью. А я зажала руку, оставаясь сидеть на месте. Странное чувство. Такое чувство, как будто я проснулась утром, ощущая частичку Джейка внутри себя. Я не знаю, передается ли это на уровне сознания и как это вообще работает. Бывает же такое, что, пообщавшись с человеком, ты перенимаешь у него все его интонации в голосе, а также мимику и жесты. Возможно, пофигизм Джейка и желание на всё забить и веселиться передался и мне.
– Что-то еще?
Эйви, прости, что я о тебе так думаю, но определенно, ты меня сегодня бесишь.
– Да, Эйви, я задала тебе вопрос и, если ты не против, я хотела бы услышать ответ.
– Руби отдыхает. Она попросила заменить ее на несколько дней.
Эйви подошла ко мне, заглядывая в лицо:
– Она тоже переживает, Дина. Джейк был ей дорог.
Я соскочила со стула и побежала обратно в палату. Слышать его имя мне было больно. Когда его произносишь про себя, думаешь, что он уехал куда-то далеко, но он всегда в твоем сердце. Нет, нет! Не могу поверить в его смерть. Не вот так!
Я лежала в палате, не шелохнувшись. Не завтракала, не выходила в холл. Доктора Стивенса сегодня не было, и его заменял другой врач. Он быстро осмотрел меня, записал что-то в свой блокнот и вышел, не попрощавшись. Раньше, я думала, что доктор Стивенс отстойный врач. Хотя бы потому, что со всеми нами он редко шел на контакт. Нет, он выполнял свою работу, как профессионал, но он как будто смущался нас или боялся. Я не знаю. Но после сегодняшнего врача, я понимаю, что теперь мне есть с кем сравнивать. Так что мистер бука, если будете читать мой дневник, попробуйте хоть изредка улыбаться своим пациентам, даже если они временные.
