Медленнее улитки прополз целый час, но Коул так и не перезвонил. Безнадёжность моего положения вынуждала начинать готовиться. Вопрос только, к чему. Я умылась, собрала влажные волосы в тугой пучок на затылке и уложила вещи в рюкзак. В отсеке для ноутбука в маленьком кармашке лежала SD-карта с видеозаписью убийства Оскара Гилсона. Я решила сделать копию и спрятать здесь, на базе. Перекинула видео на старенькую флешку, сунула её в пакет и снова вышла на улицу. Прошла к гаражу и закапала пакет под сосной среди голых кустов черники, сверху прикрыла мхом. Земля рядом была усыпана щепками. Я оглянулась и заметила небольшой пень с воткнутым в него топором. Взгляд сразу зацепился за какое-никакое оружие. Вынув топор, я направилась к номеру. Но не успела ступить на веранду, как обострённый слух уловил странный, несвойственный лесу шум. Я прислушалась. Сердце ухнуло вниз, когда мои худшие опасения подтвердились. Это был звук колёс, медленно передвигавшихся по мокрой дороге. Проклиная навигатор за его ложные обещания, я нырнула в номер, заперлась на замок, выключила весь свет, зашторила окна, бросила рюкзак на полу в коридоре и вжалась в стену. Посмотрела в дверное окно через проём между занавеской и стеклом. Последняя надежда, что я ошиблась, разлетелась вдребезги. Тёмный автомобиль с незажжёнными фарами въехал на территорию базы. Остановился на парковке рядом с гаражом. Из него выбрались четверо. Водитель в чёрной кепке, темнокожий здоровяк, синеволосый парень в мешковатой одежде и высокий мужчина с короткими волосами и небольшой бородкой. Увидев его, я зажала рот рукой, чтобы не взреветь в голос. Это был он – подонок, что всадил мне пулю в грудь. Хотелось броситься на другой конец номера, выпрыгнуть в окно и бежать, бежать, бежать без оглядки, но усилием воли я заставила себя остаться. Первая реакция мужчин вселила в сердце малость уверенности. Вместо того, чтобы направиться к моей двери, они неторопливо изучали территорию базы. Они не знали, в каком номере я нахожусь. Им предстояло найти меня, и они собирались сделать это тихо, без шума и лишних свидетелей. Белобрысый подонок обратился к водителю и темнокожему здоровяку, те быстро исчезли из виду. По всей видимости, отправились за дом, чтобы отрезать мне путь к отступлению. Хитрые черти. Пожираемая страхом и ненавистью, я неотрывно наблюдала за каждым движением своего убийцы. Он оглядел гостиничные номера и остановил взгляд на моей двери. От неожиданности я отшатнулась. Моя слабость едва не обернулась катастрофой, ведь колыхни я ненароком занавеску, белобрысый подонок мгновенно бы вычислил моё укрытие. Мужчина закончил осмотр и направился к зданию администрации. Поднялся по лестнице, подёргал дверь и, убедившись, что в столь поздний час ресепшн не работал, спустился обратно. Посмотрел вверх и негромко позвал молодого парня. Скверное предчувствие обожгло спину. Парень подошёл к нему и тоже посмотрел вверх. Что привлекло их внимание, разглядеть не удавалось, поэтому на свой страх и риск я отодвинула край занавески и выглянула в окно. Преступники перекинулись парой слов, глядя на висящую под козырьком камеру видеонаблюдения. Парень метнулся к автомобилю, достал ноутбук и, усевшись на капот, застрочил по клавишам.
Я отпустила занавеску и обессиленно сползла на пол. Парень – хакер. Он смог выследить меня, когда я ответила на звонок от Коула, а теперь собирался подключиться к камере видеонаблюдения. Если ему это удастся, он получит доступ к записям сегодняшнего вечера, и они без труда узнают, в каком номере я нахожусь. Отчаяние сдавило грудь. Счёт шёл на минуты, а разум застилала пелена ужаса, сквозь которую я понимала только, что из этой ловушки нет выхода.
Прошла вечность, прежде чем я осмелилась снова выглянуть в окно. Хакер по-прежнему сидел на капоте, сосредоточенно глядя в ноутбук. Белобрысый подонок расхаживал неподалёку. Двоих других видно не было.
Осознав, наконец, что трачу последний шанс на спасение впустую, я заставила себя собраться и что-нибудь придумать. Ну хоть что-нибудь. Вылезти через кухонное окно и попытаться проскользнуть незамеченной мимо водителя и здоровяка. Или заорать в окошко: «Помогите! Пожар!» и забаррикадироваться в ванной. Говорят, люди с большим энтузиазмом реагируют на такой зов о помощи, нежели чем на крик: «Спасите, убивают, насилуют и т.д.» Но что, если на мой крик никто не отзовётся? Мало того, что я сразу выдам место своего нахождения, так ещё и преступники поймут, что база пуста. Дом Исака далеко, а другие постояльцы, если такие имеются, могут проживать в коттеджах на берегу залива и также не услышать мой зов о помощи.
Хакер вскочил и бросился к белобрысому подонку. Тот посмотрел на экран ноутбука и взгляд его изменился. Стал сосредоточенным и хищным, как у охотника, выслеживающего добычу. Всё, это конец. Сейчас меня схватят, и лес, который должен был обеспечить мне укрытие от опасности, станет моим пристанищем навеки… Или до тех пор, пока меня не найдут поисковые собаки. Или пока моё тело не откопают дикие животные.
