— К дьяволу «Асмодеи»! Делай как я! — приказал Готовцев. Из-под крыла командирской машины к едва различимым вдали истребителям джипсов рванулись две ракеты.
И верно. Чего делать-то еще?
Эскадрильи «Горынычей», одна за другой, залпами облегчали подкрыльевые ракетные блоки. Авось повезет, авось каждая двадцатая ракета да разыщет свою добычу.
Выше белых треков наших «Оводов» пролегли грязно-серые дороги разрекламированных французских ракет — в игру вступили «Хагены».
Не беда, что прямо в наши боевые порядки ворвались истребители врага. Не беда, что контакта с «Асмодеями» нет — а, возможно, нет больше и самих «Асмодеев».
Главное, что мы забрались в самое вражье логово. Мы привели ударные эскадрильи, — а остальное нас не интересует. Не навалились на нас из поднебесья полсотни гребешков, не просыпались с астероидов управляемые каменные ливни, — а, значит, настало время «Белых воронов» и «Фульминаторов». Время бронебойных планирующих бомб и подвесных твердотельных пушек.
— Прямо, прямо идем! — напомнил Готовцев. — Не ломаем строй, не надеемся на «Асмодеи»! Над северным фасом зоны — полный разворот на правом вираже.
За каждой эскадрильей ударных флуггеров была закреплена своя домна. Пока мы, истребители, лавиной перли вперед, расчищая небо, колонны штурмовиков и торпедоносцев разошлись веером, выходя на свои цели.
Но что такое в современном бою «выйти на цель»? Радар видит ее, когда та еще за горизонтом. Через минуту цель попадает в когти системы захвата.
Бронебойная бомба называется «планирующей», но на самом деле это пузатый реактивный аппарат с собственными газовыми рулями и головкой самонаведения. С борта истребителя в головку самонаведения сливаются точные координаты цели.
Пилот может еще не видеть цели воочию, а на приборной панели уже давно горит «К пуску». После этого остается только нажать кнопку.
В каждую домну по плану намеревались всадить по восемь бомб почти одновременно. Поэтому задача усложнялась. Но ненамного.
События сорвались в галоп.
Едва-едва успеваю отметить, что по меньшей мере три гребешка удачно накрыты нашим залпом и беспомощно закувыркались в воздухе.
Одновременно с этим к ближайшим домнам рванули планирующие бомбы.
Уцелевшие истребители джипсов, станцевав между нашими ракетами головоломный танец и частью обманув головки самонаведения, а частью расстреляв их из скорострельных лазеров, рвут свечой вверх.
Снова пищит захват целей, снова бьем «Оводами». Хотя мы и сбросили скорость, все равно несемся так быстро, что джипсы уже попали в радиус действия наших пушек.
Что ж, открываем огонь и из пушек.
Один гребешок взорвался, а остальные…
Уфф-ф, остальные начинают демонстрировать обещанные чудеса пилотажа. Только что эта сатанинская пятерка перла вверх на первой космической скорости, но вот уже перевернулась через голову в залихватском сальто-мортале.
Не теряя скорости, гребешки в крутом пике обрушились на оказавшийся под ними строй «Горынычей».
Сразу же вспыхнули четыре наших машины.
И еще три!
О господи, семь первоклассных истребителей выбиты за семь секунд…
А что случилось бы, не имей мы подавляющего численного превосходства?
Тут, к счастью, начинают сказываться наработки наших штабистов. Эскадрильи «Горынычей», загодя расположенные на флангах и до этого в бою участия не принимавшие, коршунами набрасываются на джипсов из верхней полусферы.
Джипсы вышли в хвост всей нашей армаде, только-только начавшей разделяться на две группы, чтобы обойти по периметру зону штурмовки. Тут-то эта пятерка, еще даже не успевшая открыть огонь, попала под удар сорока «Горынычей» из фланговых эскадрилий.
К целям рвутся десятки «Оводов». Химерические махины инопланетного врага буквально растворяются в бурлящих звездным огнем разрывах аэрозольно-осколочных боеголовок. «Горынычи» подбавляют жару из пушек.
Этой пятерке джипсов крупно не повезло. Залеталась-засмотрелась…
Лишь одна инопланетная машина, и то, как-то неуверенно пошатываясь из стороны в сторону, выходит из-под удара. Кажется, она смертельно повреждена.
Ее преследуют наши истребители из флангового прикрытия.
Что случится с недобитком? Нам плевать! Наша забота — как обстоят дела с той четверкой, которая напала на «Хагены»? И как отработали по домнам ударные флуггеры?
Мы развернулись и теперь летим на юг, пересекая зону штурмовки в обратном направлении.
Победа! Мамочка, да это же полная победа!
— Ура! — ликует Фрайман. — Виктория! «О славный час, о славный вид, еще напор — и враг бежит!»
— Это все нашими заговорами, все заговорами, — хвастается Фрол.
— Не скажем «гоп», пока не перескочим, — осаживает его брат. Но даже скупой на эмоцию Готовцев не выдерживает:
— Разделали, как Бог черепаху…
После чего поющая душа комэска изливается в потоке однообразного, но выразительного мата.
Дюжина домен разваливается на наших глазах. Они подрублены под корень планирующими бомбами, их сотрясают серии вторичных взрывов, некоторые исходят призрачным синим пламенем.
