Завуч [СИ] полностью

Алексей

Маршрутка была, на удивление, полупустой. Алексей глянул на часы — ну да, полседьмого, неудивительно, что так безлюдно. Протянув деньги за проезд, он, по привычке, двинулся в конец пассажирской газельки и устроился на заднем сидении. Практически все пассажиры дремали, убаюкиваемые подпрыгивающей на кочках маршруткой. Включив новую аудиокнигу Руса, Алексей прикрыл глаза и постарался погрузиться в волшебный мир меча и магии, где воля, умение и знание делали из рабов королей, где армии сшибались в яростных битвах, где было по-другому, по-настоящему. После пяти минут увлекательнейшего повествования, Алексей вздохнул. Книга 'не шла'.

Алексей в очередной раз удивился, как обычные люди — заспанные школьники, невыспавшиеся студенты, женщины с усталыми лицами и помятые мужики с хмурыми взглядами умудрялись не просыпать свою остановку. Волшебным образом только что похрапывавший мужичок открыл глаза, глянул в окно и не спеша побрел к выходу. Мужичок не крикнул классическое: «На остановке останови!», но водитель, даже не посмотрев в зеркало заднего вида мягко, словно боясь разбудить спящих пассажиров, вильнул к остановке. Алексей с интересом посмотрел на то, как пассажир молчал выбрался из маршрутки, напоследок лишь тяжко вздохнув. Водитель ответил таким же вздохом, и газелька приглушенно рыкнув, снова стремительно вклинилась в бесконечный, сплошной поток машин.

— А еще говорят, что в нашем мире нет магии, — Алексей давно смирился с тем, что маршрутчики, при их бесшабашности и абсолютном пренебрежении к правилам дорожного движения, умудряются разминуться с соседней машиной буквально на сантиметр.

— Да какой бы ни был опыт, ну нереально из левого ряда в правый перестроится за минуту, да еще и во время утренней пробки и никого не поцарапать! — пожаловался Алексей сидящему рядом парню, который в отличии от остальных пассажиров просто залипал в телефоне.

— Мэджик пипл, вуду пипл, — пробормотал Алексей, которому магия не давала покоя с самого детства. И на парня в очередной раз навалились воспоминания о его собственном пути к ней.

— Витает в облаках! — говорили учителя.

— Примите меры! — самая частая запись в школьном дневнике вплоть до 8 класса.

— Какой-то лунатик! — одноклассники косились на мальчика, с нетерпением ждущего перемены, чтоб снова окунуться в сказочный мир подвигов и сражений.

Родители прятали книги, заставляли беречь глаза: «Испортишь же, так много читать!». Они настаивали на занятиях спортом, выгоняли Лешку на улицу, но он просто не мог жить без этих книг. Только они давали ему возможность окунуться в мир приключений, в мир манящего волшебства. Магия была для него всем.

Он приставал к цыганкам, искал в своём городе сатанистов и даже пару раз ходил смотреть на их ночные ритуалы, знал наизусть все сонники, наговоры и гороскопы. Занимался йогой, цигуном, медитациями, знал все ветки развития магов, колдунов и волшебников во всевозможных компьютерных игрушках. В общем, Леша был одержимым. Он был убеждён, что не может быть такого, чтобы в этом мире не было магии. Она есть, её не может не быть! Просто люди забыли, утратили это знание, сделали вид, что ничего и не было…

— Ну как, скажите, можно было построить египетские пирамиды или индийские храмы без магии? А Каменная голова из Гватемалы? А артефакты Майя? Иракские статуи людей-ящериц? — убеждал он своих одноклассников, не замечая смешков и перешёптываний. Ребята смеялись, а Леша недоумевал, почему большинство людей в упор не замечают следы магического присутствия.

Так продолжалось до 10 класса. Тогда, в начале учебного года, к ним в школу пришёл новый учитель русского языка и литературы. Лев Львович был крут — он знал все стихи на свете, на память цитировал отечественную и зарубежную классику, с легкостью мог провести урок, говоря исключительно аллюзиями. Весь класс слушал его, открыв рот и затаив дыхание. Даже «реальные» пацаны не осмеливались перебить его или вставить крутой комментарий.

— Вот она, — подумал тогда Леша, — магия… Магия слова!

И парень твёрдо решил поступать на филфак. Риторика, психология, школьная литература, философия — подросток, с грустью глядя на жалкие сорок недель, оставшиеся до 11 класса, набросился на гуманитарные дисциплины. Единственное, что его отвлекало от волшебного мира слова была гимнастика, на которой отец настоял безоговорочно:

— Не хочешь уметь драться, чтоб постоять за себя и за свою девчонку — твои проблемы! Хотя откуда она у тебя возьмётся-то? Обложился книжками как крот. В любом случае, дрыщём с никакующей дыхалкой мой сын не будет. И это не обсуждается!