Вскоре они набрели на очередную деревеньку, одну из тех, что, казалось, вырастали тут и там прямо из-под земли, полностью оторванные от всей остальной цивилизации. Алиса всегда гадала, как же возникли эти поселения – как столько людей собралось в одном уединенном месте? Кто решил, что это очень мудрая мысль – построить деревню на горной тропе? И почему потомки первопоселенцев упрямо остаются здесь?
Впрочем, независимо от причин, Алиса обрадовалась. Ей нужно было отдохнуть час-другой, сидя в кресле, а не на твердой земле, и откинувшись на спинку, а не на жутко неудобный валун.
Вид у деревенских жителей был настороженно-дружелюбный, словно они, в общем-то, хотели быть добрыми, но прожили на свете достаточно долго, чтобы знать: не каждый путешественник заслуживает их доброты. Алиса сразу поняла, что это не то место, которого она боялась. Та темная тень, чем бы она ни была, маячила впереди.
– Доброе утро, – обратилась Алиса к сидевшей на крылечке женщине, миловидной, но немного увядшей, как бывает всегда, когда красота сталкивается с каждодневным тяжким трудом.
Женщина приглядывала за двумя маленькими детишками, мальчиком и девочкой, которые носились туда-сюда по улице с палками, играя в какую-то игру.
– И вам утро доброе, – ответила женщина, заслонив глаза от солнца сложенной козырьком ладонью, и поднялась, чтобы получше рассмотреть Алису и Тесака. – Путники?
Конечно, спрашивала она так не потому, что сомневалась в ответе, а просто хотела выяснить, откуда они пришли.
– Да, – кивнула Алиса. – Мы проделали долгий путь. Очень долгий. Мы из Города.
Женщина наградила их пристальным, острым взглядом:
– Да, это и впрямь очень долгий путь. И куда же вы направляетесь?
Вопросы были слишком навязчивыми, и вообще, какое этой женщине дело, но Алиса понимала, что информация здесь – валюта, которая облегчит им путь.
– Мы ищем какое-нибудь тихое место, чтобы обосноваться. Где-нибудь по ту сторону гор.
Когда Алиса сказала «по ту сторону гор», глаза женщины вспыхнули, но ответила она лишь глухим:
– Гм-м-м.
Пока происходил этот обмен репликами, Тесак наблюдал за бегающими туда-сюда детьми. Заплечный мешок он снял и уронил к своим ногам.
– Не думаю, что в вашем городке есть трактир или гостиница, – сказала Алиса. – Мы бы с радостью заплатили за еду и отдых.
Женщина фыркнула:
– Очень любезно с твоей стороны назвать это захолустье городком. По мне, так больше смахивает на ухаб на дороге. Да, гостиниц у нас нет. Не так уж много путешественников тут проходит.
Двое детей прекратили игру, которая им явно наскучила, и просто стояли, ковыряя палками грязь и размышляя, что делать дальше.
Тесак тихонько подошел к детям – не слишком близко, отметила Алиса, не так близко, чтобы напугать, – и тоже принялся водить своей палкой по земле так и эдак. Через несколько секунд дети мелкими шажками подошли к нему вплотную, чтобы посмотреть, что он такое делает.
– Ух ты! – воскликнула девочка. Она была чуть постарше. – Здорово ты рисуешь.
– Ты нарисовал медведя, да? Похоже. Совсем как тот, которого я видел когда-то в лесу, – заметил мальчик. – Не вблизи, конечно. Издали.
– Ого, – «поразился» Тесак. – И что же он делал?
– Пытался достать немного меда из улья, – ответил мальчик. – Вид у него был нерадостный.
Тесак промолчал, но продолжал водить палкой в пыли, и после небольшой паузы мальчик воскликнул:
– Ага, вот так! В одной лапе у него были соты, все облепленные пчелами, и он даже
– А я не видела, – грустно призналась девочка. – Мы с мамой тогда собирали травы, а Колдер с папой проверяли силки.
– Какой твой любимый зверь? – спросил Тесак.
– Волк! – возбужденно выпалила девочка. – Волки такие красивые!
– И правда, – сказал Тесак, и Алиса услышала в его голосе улыбку.
Тяжело было иногда осознавать, что Тесак когда-то давно был женат, что у него была дочь. Эту дочь отняли у него, и она стала чудовищем, но ведь до того она была его бесценным ребенком. Тесак уже знает, каково это – быть отцом, а Алиса ничегошеньки не знает о том, как быть матерью. Что, если у нее не получится? Что, если она наделает ошибок, и ее ребенок будет несчастлив?
Женщина перевела взгляд с Тесака на Алису:
– Ты в положении, да?
Алиса вздрогнула:
– Как ты узнала?
Женщина рассмеялась:
– Вид у тебя такой – словно ты счастлива и смущена одновременно. Заходи в дом, дай отдых ногам. Уверена, у меня еще осталось рагу, хватит и тебе, и твоему мужчине.
– О, но… – Алиса встревожилась, что, если они с Тесаком съедят сейчас обед этой женщины, у нее не останется еды для своей семьи.
– Ой, да не думай, у нас всего вдоволь, – сказала женщина, безошибочно прочитав мысли Алисы. – Кроме того, твой мужчина сможет расплатиться, если займет чем-нибудь этих маленьких монстров. Иногда я жутко выматываюсь, просто следя за ними.
Сказала она это с нежностью матери, которая любит своих детей, но бывает порой недовольна их поведением. Наверное, это нормально – ты можешь любить своего ребенка больше всего на свете и все равно мечтать хотя бы о пяти минутах покоя.
