Зажечь звезду полностью

— Ипостась зависит воспитания, — честно ответила я. — И от внутренней склонности. В результате сильного стресса ведарси даже может лишиться возможности перекидываться в одну из форм. А что касается слова «лосты…» Это такое ругательное название. Вроде как «кровососы» для шакаи-ар. Происходит от… — я запнулась, передумав говорить «аллийского». Только еще одной лекции по устройству мироздания мне не хватает! — … от древнего словосочетания «лоас-та'риэль» — «души, что заблудились». «Лоасле» значит «запутанный, заблудившийся», и «риэль» — «душа», — я почувствовала, что меня снова заносит в филологические дебри, но ничего не могла с собой поделать. — Пишется, как «ryelle» в «Deiryelle» — «светлая душа», — я вилкой изобразила в соусе, размазанном по тарелке, аллийскую руну. — Моего друга зовут Дэриэлл, — смущенно добавила я. — Но это к ведарси не относится. Ладно, спрашивай дальше.

Ками закусил губу, опуская взгляд вниз. Руна медленно оплывала на тарелке.

— А эти, которые нас… — Кайл не договорил. Жадный как живой встал у меня перед глазами.

— Это — волки, — уверенно сказала я. — Причем именно человеческие потомки. Вспомни их повадки, облик… Они явно больше времени проводят в звериной оболочке. И возвращаться к человеческой модели поведения им довольно сложно. Значит, кровь смешанная.

— Постой, — прервал меня Ками. — Ты говоришь, у ведарси нет доминирующей формы. Но в какой-то одной они рождаются! Разве эта не изначальная?

— Все лосты… то есть ведарси, даже нечистокровные, предпочитают рожать детей в звериной ипостаси… за исключением драконов. Но спустя пару минут новорожденный принимает человеческий облик и лет до пяти-шести не способен самостоятельно перекинуться. И какая форма, по-твоему, в таком случае основная?

Парень только пожал плечами. Кажется, он был разочарован.

— Да ну, путано все как-то. То ли дело — классика! — он довольно потянулся, заведя руки за спину. — Тяпнули, и к полнолунию ты обрастаешь шерстью и становишься грозой соседей и нервных дамочек. Красота! И кровищи… — Ками довольно скосил на меня глаза и улыбнулся, облизывая губы, словно подражая Жадному.

И не знаю, освещение ли сыграло свою роль или слишком живое воображение, но на секунду мне показалось, что зрачки Кайла блеснули темно-красным, как старое вино. А что, если… а что, если Ками знает о своей сущности, и давно признан лостами? Получается, что я сама даю ведарси великолепный шанс впиться клыками мне в шею. И… Ханне тоже.

…Мы еще немного поговорили о ведарси и равейнах, а потом Ками предложил проводить меня к дому. Он шел рядом, язвил и шутил, как будто ничего не произошло. А я смотрела в небо, синее, как глаза моего любимого чудовища, и думала: бездна, ну хоть бы мне это показалось …

Дома меня ждал Кристиан Рэд, предчувствие скандала и мятный запах сердечных капель.

— А вот и наша загадочная мисс Верманова, — с порога показал зубы полицейский. — Продолжим разговор?

Габриэла сидела на диване с несчастным видом. На щеках высыхали дорожки слез. Томас ненавязчиво обнимал супругу за плечи и сверлил меня тяжелым взглядом.

— Dess… — вырвалось у меня любимое Дэриэллово словечко. Это междометие у аллийцев могло означать что угодно, от удивления до злости, но частенько использовалось как ругательство. — Темная бездна!

Рэд заинтересованно выгнул бровь.

— Предлагаю начать объяснение с ваших последних слов, мисс.

Я очень медленно опустилась на стул, стараясь взять себя в руки. Это просто человек. Он стал свидетелем цепочки странных событий и, естественно, хочет объяснений. Но, к сожалению, это не Ками, открытый душой и готовый поверить в чудо. Ведарси для Рэда — просто преступники, а я — то ли жертва их коварных замыслов, то ли соучастница. И в моих интересах убедить его, что верно первое.

Интересно, это все еще возможно после «блестящего» решения отвести полицейскому глаза?

— Это значит, — сдаваясь, вздохнула я, — что вы, господин Рэд, родом из бездны. Ничем, кроме демонов в семейном древе, я не могу объяснить ваше поведение. Следили за мной тайком, запугали супругов Грэймен, а теперь еще и требуете ответов…

Может, хотя бы получится перевести ситуацию в шутку?

— Спорная позиция, — усмехнулся Рэд. — Слежка в итоге все же принесла пользу, а в прискорбном состоянии глубокоуважаемой миссис Грэймен вам в первую очередь стоит винить себя. Что же до вопросов… Такая уж у меня работа, мисс Верманова.

Под выжидательным взглядом полицейского я начинала нервничать. Придумать правдоподобную ложь категорически не получалось, а после сцены в переулке сыграть в «моя хата с краю, ничего не знаю» не получится. В душе боролись два желания: нахамить и расплакаться. Ничего более умного в мою непутевую голову не приходило.

— Понимаете, — сделала я последнюю попытку, — не все можно объяснить так просто… Вы вряд ли поймете, что я хочу сказать.

— А вы попытайтесь, — с неуловимой ноткой угрозы в голосе предложил Рэд. — Иначе следующий разговор может выйти не таким… домашним.