Зажги красный полностью

— Нет, я должен быть там, где ты, Лили.

— Мы не можем... Ты должен уйти.

— Я не уйду, — говорит он. — Нам нужно поговорить об этом, Лили.

— Нам не о чем говорить. Тебе небезопасно находиться здесь, Трэвис. Тебе небезопасно быть со мной. Я не стану причиной твоей смерти, — говорю я.

— Я не умер, Лили. Я жив и здоров. Стою прямо здесь, перед тобой. — Он постукивает себя по груди, чтобы подчеркнуть свои слова.

— И надолго? До следующего раза? Трэвис, моя семья... у нас есть враги. Я должна был понимать, что не стоит подпускать тебя так близко. И за это я прошу прощения.

— Чушь. Ты напугана, и я это понимаю. Правда, понимаю. Но я не позволю тебе сбежать. Ты и я, это... Я не отдам тебя, — говорит он.

— У тебя нет выбора. Ты должен. Ты найдешь кого-нибудь еще, Трэвис. Ты найдешь нормальную девушку, с нормальной семьей. И проживешь долгую, нормальную жизнь. — У меня сводит желудок, когда я произношу эти слова. Я не хочу, чтобы он нашел кого-то еще. Я знаю, что это совершенно иррационально и эгоистично с моей стороны.

Трэвис смеется. Это мрачный, надрывный смех, в котором нет ни капли юмора.

— Ты действительно хочешь, чтобы я просто жил дальше? Ушел, встретил какую-нибудь другую цыпочку и забыл о твоем существовании? — Его лицо искажается. Как будто от одной этой мысли его тошнит.

У меня пересыхает во рту, а сердце выскакивает из груди.

— Я не вижу другого способа покончить с этим. Если я хочу, чтобы ты продолжал дышать.

— Это ужасно драматично, детка, — говорит он.

— Это правда. Знаешь, сколько похорон я посетила за свою жизнь? — спрашиваю я его.

— Нет, — отвечает он.

— Пятьдесят семь. — Я вскидываю руки вверх. — Я была на пятидесяти семи похоронах, и твои похороны не станут пятьдесят восьмыми. Потому что это будет моим концом.

— Этого не случится. Неужели ты думаешь, что хоть что-то в этом мире заставит меня бросить тебя, Лили? Даже ты не сможешь помешать мне удержать тебя. — Трэвис приближается ко мне.

— Пожалуйста, не надо... — прошу я, мой голос дрожит.

— Я люблю тебя, Лили. Я люблю тебя так чертовски сильно, что схожу с ума от одной мысли о том, что могу тебя потерять.

— Я делаю это, потому что люблю тебя, Трэвис, — пытаюсь объяснить я.

— Нет, ты делаешь это, потому что боишься, — повторяет он.

— Конечно, я чертовски боюсь! — кричу я на него. — Мне позвонили и сказали, что в тебя стреляли, а я была за тысячи километров от тебя. Мне пришлось смотреть на тебя, неподвижно лежащего на больничной койке. Я часами гадала, будешь ли ты жить, очнешься ли. Так что да, я боюсь. Я чертовски напугана. Твоей смертью. Что с тобой случится что-то, что я не смогу контролировать. И я потеряю тебя навсегда.

— Ты не единственная здесь, кто боится, Лили. Я тоже чертовски боюсь потерять тебя. Я не могу. И не потеряю. Так что, какая бы чушь ни крутилась у тебя в голове, избавься от нее. Мы вместе — конец игры. Других вариантов нет. Ты говоришь, что хочешь, чтобы я жил, но я стою здесь и говорю тебе, что я не буду... не смогу жить без тебя. Я умираю здесь, детка. — Он качает головой. — Как я могу жить без единственного человека в мире, который заставляет меня чувствовать себя живым больше, чем кто-либо прежде? Как я могу жить без человека, который является источником моей жизни? Это ты, если тебе интересно. Ты моя, Лилиана Валентино, и ничто этого не изменит. Никогда, — говорит он.

Мои колени подгибаются. Его близость, его слова... все это слишком. Я падаю на пол, и рыдания сотрясают мое тело. Трэвис чертыхается, опускаясь рядом со мной. Его руки смыкаются вокруг меня, и он крепко прижимает меня к своей груди.

— Лили, ты разбиваешь мое чертово сердце, — шепчет он.

— Лучше пусть оно будет разбитым, чем похороненным, — отвечаю я сквозь слезы.

— Я не согласен. — Его губы прижимаются к моему лбу. — Я лучше вообще не буду жить, чем жить в мире, где ты не принадлежишь мне.

— Я всегда буду твоей, — говорю я ему. — Я просто не могу быть с тобой.

Трэвис покачивает меня взад-вперед, а его руки выводят успокаивающие круги на моей спине.

— Я люблю тебя, — повторяет он снова и снова.

— Иногда любви недостаточно, Трэвис. Любовь не гарантирует счастливый конец.

— Наша любовь гарантирует. Вот увидишь, — говорит он.

— Мне просто нужно пространство. Мне нужно время. Мне нужно домой.

— Твой дом здесь, со мной.

— Мне жаль. — Я вырываюсь из его объятий. И тут я замечаю кровь, просочившуюся сквозь его толстовку. — Трэвис, у тебя кровь! — кричу я. — Черт. Боже мой! — Я вскакиваю на ноги, бегу к двери и распахиваю ее. — Алессандро, Энцо, папа! — Я перечисляю все имена, которые приходят мне на ум.

— Лили, я в порядке, — ворчит Трэвис.

— Ты не в порядке, — кричу я на него.

Мой отец и кузен сбегают по лестнице. С пистолетами в руках. Не говоря ни слова, отец протягивает руку и тянет меня за спину.

— Какого черта? — шипит он, заглядывая в комнату и обнаруживая Трэвиса на полу в спальне.

— У него кровотечение. Вызови врача, — говорю я ему.

— Лилиана, не кричи, будто тебя режут, если в этом чертовом доме нет настоящего убийцы, — фыркает папа, убирая оружие в кобуру.