— Потому что я не смог. Потому что хотел встречаться с самой красивой девочкой в школе и она подошла ко мне сама. Потому что не хотел долбанных издевательств. Потому что хотел чувствовать себя нужным. Потому что хотел жить по-другому, по вечерам сидеть на крышах, а не за письменным столом, уча долбанную химию, которая никогда мне не пригодится! Потому что я обычный подросток, Ронан! Этого достаточно? — выдохнув, закончил Уильям.
Он впервые за жизнь кричал так сильно - голос захрипел, а из глаз потекли слезы. Ронан замер и молчал, совсем не ожидая такой реакции младшего брата.
— Уильям, — тихо начал он, — почему ты не рассказал о проблемах сначала? У тебя есть старший брат. Забыл?
— Рон. Посмотри на себя, где ты, а где я! Я был жирным уродом, тупой свиньей, ты всегда был чертовым Ронаном Воттерсом- Кляйном. Каким был ты в моем возрасте, а кто я? Никто. Ты не поймёшь меня.
— Я плохо закончил школу, потому что пропадал на тренировках. И только благодаря тому, что я пахал, предложили место в юношеской сборной. Ты хорошо учишься, Уилл, у тебя большое будущее в журналистике. Стоит только попытаться!
— Нет, — сказал сорванным голосом Уилл, — ничего из меня не выйдет, не льсти. А насчет вашей одержимости Аннабелль... Я перестал общаться с Морган, потому что не в состоянии это делать.
Ронан покачал головой.
— Уверен?
Раскопав землю под снегом ботинком, Уилл ответил:
— На двести процентов. Сейчас ей лучше без меня.
— Дурак. Это лучшая подруга. Как ей может быть лучше без тебя? Мозгами раскинь.
— У меня нет мозгов, — ухмыльнувшись, заметил Уильям.
На его лице высветилась самодовольная улыбка.
— А это уже правда, — нехотя согласился Рон, — старик, ты совсем съехал с катушек.
— Отстань от меня, Ронан. Ты никогда не поймёшь меня. Ты не знаешь, как это, промахнуться так, чтобы не знать, куда идти дальше.
На секунду, Рон задумался. Правда, он никогда не пробовал ничего запретного, не пропадал ночами на вечеринках и рос способным спортсменом. Король школы. Заветный жених. Девчонки вешались на шею.
— Ты прав, — согласился парень, — но я пытаюсь вытащить тебя со дна. Как говорит мой тренер: «Со дна одна дорога. Только наверх».
— Можно провалиться и поискать второе дно.
— Зачем?
По коже Уилла пробежалась толпа мурашек. Он сидел на скамье уже полтора часа, и куртка - бомбер переставала греть. Он все еще оставался на месте только для того, чтобы в конец не разрушить отношения.
— Ронан, что ты хочешь от меня? Хочешь, я скажу тебе то, чего ты хочешь услышать и ты просто пойдёшь, куда там тебе надо, — цинично предложил Уилл.
— Извинись перед Аннабелль, — начал Ронан, — дальше, приведи себя в порядок. Выйди на разговор с папой и мамой. Уилл, проигнорируешь меня, — со всей суровостью призывал он, глядя прямиком в глаза Уильяма, — я накажу тебя.
Сжавшись в комок, Воттерс-младший почувствовал себя маленьким ребёнком. Давно никто не заботился о нем вот так. Посмотрев на то, с каким усердием Ронан старается спасти их отношения, Уильям принял важное решение.
— Да, — ответил он, — у меня куча других проблем. Я записался в кружок журналистов и там...произошла одна ерунда.
— Какая? — с ноткой беспомощности спросил Ронан.
— У меня украли статьи. Пацан с нашего школьного потока выдал их за свои, я забыл разлогиниться в ноутбуке. Я не смог доказать. Он выиграл публикацию в журнале, опубликовал мои статьи под своим именем. Сечёшь? — едва ли не плача, сказала Уилл.
— Черт, почему не сказал раньше? Мы бы с тобой, надрали бы ему зад.
— Я просто не выдержал. Можешь ненавидеть меня, можешь презирать, я обычный мальчик, Рон. После поездки в Нью-Йорк, после маминых слов, после случая в этом кружке...Не знаю, я увидел отношение людей к себе и сорвался.
— Я не понимаю одного...— произнес Рон. — Зачем ты закрылся в себе? Не закройся, все было бы иначе.
Он прижал брата к себе. На куртке оставались влажные следы от слез. Ронан гладил его по голове, слушая всхлипы. Сердце старшего брата разрывалось – в детстве он всегда стоял за него горой. Они повзрослели, но ничего не изменилось. Воттерс - Кляйн убил бы любого, кто сделал брату больно или плохо.
— Я так устал...Я всего лишь подросток, почему все хотят от меня чего-то...Чего? Я ничего не хочу. К их сожалению, я все ещё живой.
— Дурачок, идём в дом, мама испекла пирог, — Ронан потрепал своего братишку по голове и прижал его к себе вновь.
— Ты рад, что я жив? — прошептал Уилл.
— Ещё один подобный вопрос – и я тебя сам отправлю на тот свет, — сказал Рон, — я люблю тебя, Уильям, и ни один человек никогда не будет мне ближе.
Всхлипнув, Уилл успокоился и отправился вслед за братом.
Аннабелль аккуратно сложила письмо обратно в конверт и убрала его в сумку. Она утирала слёзы ещё несколько минут, прежде чем продолжить разговор с Уильямом. Он раскраснелся, будто впервые признался в любви. Рон качал головой, зацепив глазами содержание письма, он явно не был доволен.
