Луна и Блейз незаметно друг для друга провели в библиотеке весь остаток для, обсуждая нарглов, садовых гномов и фестралов. Насчёт последних Лавгуд утверждала, что их видят лишь те, кто видел смерть, и в этот момент Забини пожалел, что ему так и не посчастливилось застать ни одного убийства бывших мужей его матушки. И хоть он сомневался в существовании невидимых животных, узреть которых можно лишь при определённых трагических обстоятельствах, ему стало по-настоящему любопытно. Но Луна поспешила успокоить его, что ему ещё обязательно «повезёт».
***
Неделя выдалась ужасная. Вернее, ужасным был лишь сегодняшний день, но он осквернил все предыдущие. Прошло восемь дней с их библиотечной встречи. Блейз сначала думал поддаться странному порыву и рассказать обо всём Драко, но, к сожалению или к счастью, его друг где-то пропадал вечерами, а в другое время они редко могли остаться наедине. На следующее утро Забини рассмеялся своей нелепой идее и поблагодарил Салазара за вчерашнее отсутствие Малфоя, которое уберегло его от необдуманного решения рассказать слизеринцу о странном подобии зародившейся дружбы с Луной Лавгуд.
Блейз понятия не имел, как ещё это назвать. Они точно не были друзьями. Может, пока что, а, может, и в принципе. Нравилась ли она ему? Ну, он не испытывал к ней неприязни. Одно он знал точно: все восемь дней она не выходила у него из головы. Все восемь дней он проводил время после уроков в библиотеке в надежде, что Луна снова придёт. Хоть и всячески убеждал себя, что ему просто нравится проводить время в библиотеке, и Лавгуд тут совершенно не при чём. Но ему не везло.
Сегодня же на чёртовом уроке ЗОТИ у чёртового Снейпа они изучали чёртову окклюменцию. «Разбились по парам, Слизерин-Гриффиндор, без исключений», — приказал добросердечный декан, и тут, конечно же, чёртов Малфой страшно занервничал, ведь как же, упаси Мерлин, он может допустить, чтобы какая-то слизеринская мразь вторглась в гриффиндорскую сакральную светлицу его возлюбленной! Ведь все её воспоминания — страшная тайна, а Блейз Забини — тот самый ящик от обуви, что хранится в шкафу, скрытый от посторонних глаз под кучей грязного белья.
Да-а, мысли Грейнджер оказались весьма и весьма пикантными даже для Забини. Пожалуй, после того, что он увидел, Малфою стоило бы проявить предосторожность и избавиться от Блейза навсегда, чтобы тот унёс все его секреты с собой в могилу. Ну, или хотя бы стереть ему память. Какой же это подарок судьбы — дружить с Драко. Лучшего способа научиться самоконтролю и не придумаешь.
Тут-то он и подкачал. Пока Забини злорадствовал по поводу грейнджерского провала в окклюменции, Снейп вдруг умудрился рассмотреть в ней попытки сопротивления, что послужило зелёным светом для ответного вторжения.
Грейнджер направила на него палочку. Блейз не думал о Лавгуд. Не думал о её чистых глазах и светлой улыбке. Он мог поклясться, что его мысли были лишены образов её белокурых волос и серёжек-редисок в ушах. Ни единой мысли. Стоп. Кажется, Снейп как раз говорил о том, что «думать о том, чтобы не думать» — дерьмовая идея…
Но было поздно. Грейнджер увидела всё. И глаза, и улыбку, и волосы. И редиски.
Для Блейза это было чересчур. Это было слишком интимно. Она не должна была это увидеть, он ведь ничего не испытывает к Луне! Это ведь… Луна. Луна Лавгуд. Он не может…
Забини вытолкнул Гермиону из своей головы, и первым, что он увидел, была её ошеломлённая улыбка разоблачения. «Ничего ты не знаешь, Грейнджер! Ты не можешь знать того, чего я не знаю сам!».
Он схватил свои вещи и выбежал прочь из кабинета. Ему нужно было побыть одному, в тишине, сбежать подальше от Малфоя, который непременно пристанет с расспросами. Следующим уроком зелья… Плевать. Слизнорт его простит. Он ведь его любимчик.
Забини ворвался в библиотеку, столкнувшись с кем-то и едва не потеряв равновесие. Книги и свитки упали на пол, он уже собирался наспех извиниться и пройти дальше, но в последний момент поднял взгляд и увидел её. Луна изучала его с едва уловимой тревогой, её огромные голубые глаза… Чёрт, эти её добрые, чистейшие глаза.
— Прости, я… такой неловкий… Это всё мозгошмыги, — пробормотал он и быстро наклонился, чтобы поднять упавшие книги. Луна медленно опустилась на корточки рядом, продолжая изучать его взглядом.
— Всё в порядке, Блейз? — её голос был отстранённым, но в то же время выражал беспокойство. Она легонько коснулась смуглой кожи его руки. Забини застыл с собранными книгами в другой руке и поднял на неё взгляд.
Близко. Очень близко. Но с этого расстояния у него была возможность разглядеть, принять к сведению и совершенно точно убедиться, что Луна была очень красива. По-своему, по-особенному.