Юля Пересильд лукавила, что не знакома с Колей Пиноккио. Не лично, конечно, но она его знала. Случайно как-то раз попала на очередное заседание поэтического клуба на базе городской библиотеки, проводившееся, как позже выяснила, каждый понедельник в читальном зале. Юля пришла поменять старые глянцевые журналы на новые. Она предпочитала «Хелло», «Семь дней», «Космополитен», в общем, те издания, в которых муссировались сплетни о звездах. Ее безумно интересовала жизнь голливудских артистов, особенно Орландо Блума, Брэда Питта и Дженсена Экклса из сериала «Сверхъестественное». Взрослые дяди и тети, почти все столы в читалке были заняты, внимательно слушали какого-то мальчика, декламирующего, как на утреннике, рифмованные строчки, что-то про сказочный замок, в котором заблудилась душа. Юля тогда подумала, что за бред в голове у парня? Но неожиданно взрослые люди, а некоторых Юля знала как очень уважаемых в городе и за его пределами, зааплодировали этому мальчику стоя. Стоило задержаться и кое-что выяснить. Вкратце соседка по лестничной площадке, работавшая в библиотеке уборщицей, сообщила, что мальчика зовут Коля Кот, что он сын заведующей детской библиотекой Илоны Васильевны, что за длинный нос детвора его прозвала Пиноккио еще в первом классе, что он каждый год выигрывает какие-то соревнования по сочинениям и что говорят, будто Колю Кота Боженька поцеловал. Юля призадумалась. Она тоже писала стихи и витала в облаках, когда никто не видел. Рациональное начало всегда машинально нажимало на тормоз, когда Юлино воображение забывалось и пыталось выйти из-под контроля. Девочка боялась насмешек со стороны подруг, которые, Юля не сомневалась, не поймут ее увлечения поэзией и перестанут общаться. Жажда творчества привела ее к танцам, но поэзия не желала уходить и сдаваться так просто. Стихи продолжали писаться, однако Юля никому их не показывала. Да, она знала о клубе местных поэтов, но, опять же, не хотела прослыть белой вороной среди сверстниц, если те прознают о посещении ею этого клуба. Попав в замкнутый круг, созданный самой же, Юля искала выход и, как ей казалось, нашла в лице Коли Пиноккио, только не знала, как на него выйти, не подворачивался подходящий момент. К тому же учился он в другой школе. А Юля была уверена, что они подружатся. Ей абсолютно наплевать, кто и как о нем думал. Главное, Коля Кот – настоящий. Он не притворяется. С его помощью, может быть, и Юля избавится от страха быть непонятой. Ведь их будет двое.
Вернувшись домой после репетиции, Юля набрала номер Коли Пиноккио, закрывшись в своей комнате, чтобы никто не подслушал. Она вообще не любила, когда кто-нибудь слушал ее разговоры по телефону. Коля ответил, удивленно спросив, кто это?
– Ты меня не знаешь, – сказала Юля в трубку. – Но я очень хочу с тобой познакомиться.
– Если это шутка такая, то вы не по адресу, девушка, – возразил Коля Пиноккио.
– Не вешай трубку, пожалуйста, – попросила Юля. – Тебя никто не разыгрывает. Мне реально нужна твоя помощь.
– Но мы же не знакомы, – прозвучал ответ. – Чем я смогу помочь незнакомому человеку?
– Очень многим, – уверяла Юля. – Давай встретимся, – предложила.
– Я приду, как дурак, – опять засомневался Коля Пиноккио, – а ты посмеешься с подругами или друзьями над разведенным лохом?
– Зачем ты так? – грустно произнесла Юля. – Я не такая.
– А какая?
– Тебе понравится.
– Это несерьезно, – решил закончить разговор Коля Пиноккио.
– Знаешь пустырь за военкоматом? – спросила тогда Юля.
– Допустим, – ответил Коля.
– Через полчаса на пустыре, – предложила Юля.
– Ты не придешь, – сомневался Коля Пиноккио.
– Вот и проверишь.
– Как я тебя узнаю? – наконец, заинтересовался Коля Пиноккио.
– Я красивая, не глупая. К тому же на пустыре, кроме меня, никого не будет.
– Зачем красивой и не глупой знакомиться с таким как я? – опять сомнения.
– Чтобы повысить твою самооценку, – прозвучал ответ. – Я жду. Время пошло.
Юля отключила телефон. Она дала Коле полчаса, потому что идти ему было далековато от Центра до новостроек, в конец города. Это ей – выбежать из подъезда и завернуть за угол дома. Однако усидеть в четырех стенах Юля не могла. Она пошла на пустырь к брошенным бетонным плитам, поставленным одна на одну. Их было пять. Юля забралась на пятую, самую верхнюю, села на край, свесив ноги.
Начинало темнеть. Сюда никто не ходил. Пустырь никого не привлекал. Здесь не спрячешься, в случае чего. Ветер продувал. Но Юля не боялась ветра. Она считала его другом, так же, как и звезды, потихоньку вспыхивающие в небесной дали. Только им девочка доверяла свои стихи, читала вслух, слушала себя и ветер. Звезды и ветер были преданы Юле, хранили все ее секреты и слезы.
Коля Пиноккио опаздывал. Юля посмотрела на часы. Полчаса давно истекли. Но ей не хотелось верить, что он не придет. Она продрогла, тело била дрожь. Ветер, чувствуя, что Юля нашла еще кого-то, ревновал. Стало темнее. Но Юля не уходила.
Она услышала его шаги раньше, чем осознала, что он пришел.
