Дом, где жил норр Фурцель, стоял в самом начале улицы — окрашенный в веселый салатовый цвет, на фоне которого особо ярко выделялись снежно-белые россыпи соцветий сирени. Под кустом стоял старый стол и лавка, где сидела пожилая женщина в желтом фартуке и чистила картошку, плюхая ее в большую закопченную кастрюлю с одной ручкой. При виде гостей женщина отложила нож, вытерла руки фартуком и поднялась на ноги. Стоило Кае лишь начать излагать суть проблемы, как женщина радостно всплеснула руками.
— Ну слава богу! Как хорошо, что вы пришли, норрина! А то мой муж, пока ловил ваш чемодан, упал в реку и вымок. Пока ждал вас, замерз и простыл. Лежит в постели.
— Какая неприятность! — воскликнула Кая. — Как мне неловко!
— Ничего, он уже выздоравливает, — успокоила ее хозяйка. — Надо было отнести ваш чемодан в полицию, но одной мне неудобно было его тащить — чемодан-то тяжелый. Но подождите! Я сейчас вам его вынесу.
Кая сложила умоляюще руки. Эдьярд присел за стол и достал из кармана золотое перо. Примостил чековую книжку рядом с кастрюлей и принялся писать.
— Что вы делаете? — поразилась Кая.
— Ну надо же отблагодарить добрых людей, — невозмутимо сказал молодой человек, продолжая писать.
— Это очень по-столичному, по-деловому, — заметила Кая, — но обычно люди делают добрые дела просто так.
— Одно другому не мешает, — заметил Эдьярд, отрывая чек.
— Не факт, что у вас возьмут его, — проворчала Кая, испытывая смесь стыда и неловкости: ей снова живо припомнился другой чек.
И действительно — молодому человеку пришлось уговаривать добрую женщину несколько минут, прежде чем та согласилась принять вознаграждение.
— Неужели все? — спросила Кая, радостно глядя на чемодан с понурым голубым бантиком на ручке.
— Не знаю, что с вещами внутри, но выглядит чемодан достаточно целым, — заметил Эдьярд, устремляясь с добычей обратно в сторону улицы, где они оставили перекусывающего кучера и экипаж.
Молодые люди прошли пару улиц, когда услышали сзади трель полицейского свистка.
— Опять ловят какого-то жулика или воришку, — заметил Эдьярд. — Право, Эрнвиль начинает напоминать мне столицу. Тут тоже не особо расслабишься.
— Я живу здесь уже несколько недель, — парировала Кая, — и этого не замечала. Такое чувство, что вся преступность активизировалась с вашим приездом. Или вы ее привезли с собой из Бергхолма.
Эдьярд рассмеялся.
— Стоять! — раздался приближающийся крик. — Держи воришку!
— Давайте отойдем в сторону, — забеспокоился молодой человек и, схватив Каю за локоток, потянул ее к палисаднику. — Кажется, мы оказались в самом средоточии погони.
— Ага! Попался! — торжествующе завопил запыхавшийся констебль и подскочил к молодым людям. — Гладкий Фред! Ровно как в описании: смазливая внешность и пиджак! — и он снова засвистел в свисток, выпучив от усердия глаза.
— Вы мне? — удивился Эдьярд. — Конечно, я благодарен вам за комплимент моей внешности, но вы меня с кем-то спутали.
— Ничего я не спутал! — возразил полицейский и, сняв фуражку, отер пот со лба. — Внешность соответствует. Пиджак в наличии. Полквартала вам свистел и кричал, а вы пытались скрыться от правосудия.
— Мы никуда не пытались скрыться! — возмутилась Кая. — С чего вы вообще взяли, что норр Важерман преступник?
— Улика! — важно ткнул в желтый чемодан рукой полицейский, и молодые люди растерянно переглянулись. — Сами в управу пойдете, или мне вас в наручниках вести?
И он намекающе звякнул железными браслетами, которые достал из кармана.
Трин
— Это или это? Или, может быть, то? — шепотом спрашивала Трин у ведьминской книги, задумчиво шелестя пожелтевшими от времени страницами.
Книга молчала. Что, впрочем, было вполне ожидаемо и даже правильно. В отличие от всего остального, что творилось в доме. Трин с содроганием вспомнила, во что превратилась вчера гостиная за время погони за разожравшимся пылевым дракончиком. И чего ей стоило навести хотя бы видимость порядка.
Трин усилием воли выкинула из памяти назойливо маячившее видение перевернутой вверх тормашками софы, лежащей на боку банкетки и щедрую россыпь осколков, в прошлом бывших парадным сервизом. Как хорошо, что Амма пришла домой уставшая и не слишком внимательно вглядывалась в густые тени по углам! Тетушка сразу прошла к себе и крепко уснула — ее нервам это только на пользу. Трин строго-настрого запретила ее беспокоить. И мальчишки вроде прониклись. Во всяком случае, ни вчера вечером, ни сегодня утром чуткому сну Аммы никто не помешал. Вот только пока тетушка отдыхает, самой Трин совершенно не с кем посоветоваться.
Что же за зелье получилось у нее вчера?
По ингредиентам более-менее подходили всего три рецепта.