Ближе всего зелье счастливых воспоминаний. Замечательная штука. Трин совсем забыла про то, что оно существует… А ведь мама как-то готовила его. Как же давно это было! Трин была еще совсем девчонкой. Она даже с Кристофом тогда еще не встретилась. Зимний Коловорот. Вся семья за праздничным столом. Зелье выдали всем. Буквально по паре капель. Но этого хватило. Что ей тогда вспомнилось? Тот день рождения, когда ей подарили Пушинку? Кругломорденькую длинношерстную кошечку. Она долгие пятнадцать лет радовала своим присутствием хозяйку. Но в ту зиму ей было всего года три. Наверное, Трин вспомнила ее. Или нет? Надо же! Забылось. Интересно, а если принять это зелье сейчас, какой из счастливых эпизодов ее прошлого всплывет в памяти? Свадьба? Дети? Который из пятерых?
Воспоминания закружились веселым хороводом. Сладкие макушки, пухлые ладошки, первые улыбки и зубки, первые слова и шаги… Как из этой круговерти выбрать самое счастливое воспоминание? Ни одно зелье не справится! Трин вздохнула, показалось, что ноздри защекотало легким ароматом хвои и цитруса. Точно! Зелье счастливых воспоминания пахло именно так. Елкой и цедрой апельсина. А то, что в это самое время скрывалось на кухне в недрах эмалированной кастрюльки, не пахло никак. Вообще. Вода водой. Что по виду, что по запаху.
Ну что ж. Этот вариант вычеркиваем. Осталось всего два.
Трин осторожно перевернула несколько страниц в книге.
— Ма-а-ам! — по дому пожарной сиреной разнесся хоровой клич. — Ма-а-а! Ма-ма! Ма-а-а-а!
Трин аккуратно закрыла фолиант и разместила его на полке над плитой, туда, где вчера стояла банка с сахаром. Сегодня Трин успела сделать небольшую уборку, после которой там остались лишь несколько пустых плошек и пара книг. Одна с кулинарными рецептами, а вторая с ведьминскими.
— Ма-а-ам! — не унимались дети.
Что там у них еще приключилось? Кристоф же обещал присмотреть. Трин поспешила в гостиную. Мужа там не было. А вот дети были. Трое. Младших.
Фриди сидел на ковре и старательно наматывал ленту Каи на ложку. Вторая, уже укутанная, лежала рядом.
Гард, туго спеленатый пледом, тоже лежал на полу и монотонно гудел:
— Ма-а-ам! Ма-а-ам! Ма-а-ам!
Вопли Ранда отличались большим интонационным разнообразием:
— Ма! Ма-ма! А-а-а! Ай!
Возможно, это объяснялось тем, что он-то еще не лежал. А болтался между потолком и полом, где его ритмично заворачивало в гардину.
Трин вновь перевела взгляд на Фриди. Малыш сопел и сосредоточенно заматывал ложку. Он был так сосредоточен на своем занятии, что даже не заметил появления матери, а продолжал крутить. Несколько витков ленты на ложке — несколько слоев шторы на Ранде.
Ранд и Гард, в отличие от младшего, мать заметили и громкость воплей поубавили. Теперь главное не испугать Фриди своим внезапным появлением. Собьется — и Ранд рухнет на пол. Трин бочком стала перемещаться поближе к окну. Когда до барахтающегося в гардине сына оставалась пара шагов, дверь в гостиную распахнулась резко и со стуком.
— Что здесь происходит? — недоуменно воскликнул Кристоф, возникнув в дверном проеме.
Фриди вздрогнул. Выронил ложку из неловких пальчиков. Неведомая сила перестала поддерживать Ранда в воздухе, и он полетел вниз. Трин в последний момент подхватила сына на руки и еле устояла на ногах. Прижала сына к груди. Поймать его удалось лишь потому, что из-за шторы его падение было больше похоже на скатывание кубарем.
— Дорогой, — сурово насупив брови, сказала Трин, прижимая Ранда к груди. — Этот вопрос я хотела бы задать тебе! Ты же взялся присматривать за мальчиками! За Фриди!
Кристоф начал довольно возмущенно:
— Но я лишь на минутку! Что же мне теперь и в уборную не отой… — потом увидел испуганную мордашку Ранда и осекся.
Трин смотрела, как он подошел к Гарду и стал его раскутывать. Она плотно сжала губы и молча гладила Ранда по темному ежику волос.
— Прости, — наконец сказал Кристоф. — Я не думал, что за такое короткое время может что-то случиться.
— Наши дети быстры, сообразительны и горазды на выдумки, — нейтральным тоном сказала Трин.
— Да, дорогая, — со вздохом подтвердил Кристоф. — У наших ребят множество талантов. Я оценил. В следующий раз я позову тебя, если мне понадобится отлучиться хоть на пару минут.
Фриди, увидев, что вокруг только родные и никто не кричит, вновь занялся ложками и лентами, но в этот раз отец был рядом. Он сделал несколько пассов над головой малыша, и игра не вышла за рамки зажатых в ручонках предметов.
— Это будет хорошим решением, — одобрила Трин план мужа и поставила Ранда на пол.
Ранд уже пришел в себя.
— Класс! — шептал он Гарду. — Ты видал? Я летал!
— Ты орал! — усмехнулся тот.
— Ты тоже, — не остался в долгу Ранд. — Хотя, даже на ладонь от пола не отолвался!
— Я переживал за тебя, дубина!
— Мальчики! — одернула сыновей Трин. — Что за грубости!
Ранд и Гард картинно повесили головы и отошли в дальний угол комнаты, где и зашептались о чем-то. Разобрать, о чем именно, не было возможно, но Трин не сомневалась, что в их головушках зреют планы, призванные лишить родителей остатков покоя. Она вздохнула и повторила мужу: