Иса сердечно поблагодарил женщину диспетчера, порывшись в своём портфеле, с поклоном вручил большую шоколадку. Он пока не знал, что даёт ему вся эта информация, но уже не собирался останавливаться и, выйдя на улицу, сел в такси. Елену Эвклиди он нашёл быстро. Несколько покупателей скитались от одного стеллажа к другому, не собираясь ничего приобретать. Продавцы сбились в кучку и шушукались о своём, девичьем. На всякий случай, дамы не снимали с лица дежурную, услужливую улыбку. За кассой сидела крупная, с ярким макияжем, красивая женщина. Вот к ней он и направился. На пышном бюсте кассира висел бейдж и адвокат понял, что на правильном пути. Это оказалась Елена Эвклиди. Иса представился и рассказал о причине своего визита. Они договорились выпить кофе в уличном бистро через несколько минут. Только несколько минут растянулись почти на час, но Иса имел терпение, он перемешивал уже остывший кофе в чашке и размышлял. В его голове никак не складывалась логическая картина, а если и складывалась, то выглядела настолько невероятной, что он упрекал себя в буйном фантазёрстве.
– Что вы желаете выпить Елена? Может заказать что-нибудь посущественнее?
При появлении дамы Иса подскочил и отодвинул стул.
– Спасибо, только кофе, – Елена жадно закурила сигарету. – Так что вас интересует?
– Вы помните, как вызывали скорую помощь для умирающего мужчины?
– Хорошо помню. Нам на работе ни курить нельзя, ни отлучаться, ни по телефону разговаривать, тем более я на кассе сижу. Если начальство застукает, то работы можно лишиться. Вот и бегаем по очереди, покрываем друг друга. В то день, уже к вечеру, покупателей было не много. Так всегда – наплыв с утра, когда прибывают международные и круизные лайнеры и вечером ближе к отплытию. А в это время достаточно спокойно. Я выскочила и присела на скамейке рядом с дедом каким-то. И внимания на него не обратила, он как будто дремал. Только закурила, как он захрипел и начал заваливаться на меня. Вижу, что дядьке совсем плохо, я и заорала, а тут мужик рядом оказался. Мы его вместе на траву положили, рядом со скамейкой. Он начал делать старику массаж сердца, а потом как крикнет на меня, беги, мол, скорую вызывай. Я и дунула в магазин звонить.
– Вы могли бы описать мужчину, который вам помог?
– Я его не запомнила, всё произошло так быстро за несколько секунд. Молодой, смуглый парень, то ли грек, то ли турок, рост средний.
– А когда вернулись, видели того мужчину снова?
– Нет, кажется, нет, – не совсем уверенно сказала Елена. – Вокруг уже народ скопился, да и объявили о посадке на круизный лайнер, какая-то суета поднялась вокруг. Я и думать про него забыла. И выскочила буквально на секунду, потому что в магазине уже коситься начали за мою беготню.
– У старика были какие-нибудь бумаги в руках, документы, может чемодан?
– Ой, да что вы, ничего я не видела, но чемодана точно не было и бумаг в руках тоже, может быть бумажник в кармане, только я его не щупала.
Женщина допила кофе, затушила сигарету и поднялась.
– Спасибо за угощение, жаль, если не помогла вам. Мне бежать надо. Вы же понимаете, работа!
– Я очень благодарен, что согласились поговорить со мной. И последнее: какое ваше впечатление о покойном мужчине?
Елена пожала плечами.
– Да какой-то пенсионер, одежда простая, одеколоном от него не пахло. Ничего выдающегося.
– Кольцо на пальце или часы на руке?
Женщина задумчиво засунула в глубокое декольте изящную пачку с тонкими сигаретами и зажигалку, потом глубоко вздохнула.
– Нет не помню, кажется ничего такого. Всё быстро произошло. Извините ещё раз. До свиданья.
Иса удручённый, не торопясь, шёл по улицам города. Он решил снова поговорить с нотариусом, хотя понимал, что ничего нового не узнает.
«Надо что-то доложить русскому заказчику. А что? Мол, сделал всё, что мог и умываю руки. Хоть деньги возвращай, – уныло размышлял адвокат, – всё равно толкового ничего не сделал».
Стоял полдень пятницы. Назавтра киприоты собирались праздновать «Сентябрьский фестиваль». Улицы пестрели разноцветными флажками, глиняные горшки на подоконниках с яркой геранью добавляли нарядности. Торговцы вина, кондитеры, пивовары готовились к бойкой торговле. Художники, скульпторы, резчики по дереву украшали площадки для выставок своих произведений. Иса брёл медленно, толком ничего не видя, и только мысленно уговаривал себя:
«Так и поступлю. В понедельник составлю отчёт, отправлю по электронной почте Алексею, а потом пойду в банк и переведу деньги назад. Всё равно догадки к делу не пришьёшь. А выходные с Ларисой насладимся праздником. В кафе закажем мясо на гриле, сацики и вино! Может, картину какую-нибудь купим».
Он глубоко погрузился в свои безрадостные мысли, ничего не замечал вокруг, и не обратил внимания, что его целый день преследует тёмная машина. Через какое-то время адвокат подошёл к конторе нотариуса. Его старый приятель уже собирался уходить и с досадой посмотрел на незванного гостя.
– Привет Иса. Ну, побойся бога! Пятница, короткий день. А ведь знаю, что ты не приходишь на пять минут.
Адвокат только широко развёл руки и улыбнулся.