– Вы же знаете, он оставил записку, что уезжает к дочери в Австралию. Дело в том, что дочь всегда заботилась об отце, хоть ни разу не навещала, но деньги на содержание в пансионате платила исправно. И потом, здесь не тюрьма, мы не ограничиваем свободу постояльцев, они вольны передвигаться, как захотят. Но если дочь обратиться к нам за помощью в поисках отца, мы, конечно, пойдём ей навстречу и обратимся в полицию. Но она только хотела выяснить когда он уехал и больше ничего, – женщина открыла платёжную книгу, пролистала и воскликнула, – вот смотрите, она не перечислила средства за последний месяц. Да и мало ли куда мог отправиться старик, он получал свою небольшую пенсию, но ему бы хватило на путешествие по Европе.
– Скажите, с кем он дружил, может, есть его фотографии?
Директор задумалась, потом продолжила:
– Докукис весёлый, разговорчивый, иногда играл на губной гармошке, выпивал в городе, но пьяным в пансионате его никто не видел. И дружил со многими. Вы же знаете, Лариса, здесь страсти кипят нешуточные, невзирая на возраст. Они влюбляются, заводят романы, скандалят друг с другом, выясняют отношения. Вы помните ту пару, которая зарегистрировала брак?
Лариса с улыбкой кивнула, она помнила этих милых старичков, которые на вилле сыграли свадьбу, а потом купили небольшой домик на берегу моря и съехали из своих комнат, к зависти постояльцев, потому что в глубине души каждый хотел иметь свою семью, вот такой вот чистенький дом на скалистом берегу.
– Так вот с этой парой и дружил наш Майкл Докукис, – продолжала директор. – Помню он помогал им с переездом и с обустройством дома. Я дам адрес, и вы сможете с ними поговорить.
– Большое спасибо, вы мне очень помогли. А ещё мне нужны все данные из его личного дела и телефон дочери.
– Конечно, я сейчас всё выпишу.
– Скажите, кто живёт сейчас в комнате пропавшего и где его вещи?
– Уже как месяц мы заселили мужчину. После прежнего жильца всё привели в порядок, перекрасили стены в другой цвет. А вещей оставалось совсем немного: несколько рубашек, пара брюк, да стоптанные кроссовки. Сотрудники обнаружили небольшой чемодан с личными вещами. Сложилось впечатление, что он собрался покинуть пансионат, да только уехал быстро и вещи не забрал.
– Вы нашли какие-нибудь бумаги, фотографии, документы?
– Нет. Только то, что я вам сказала. И записка на полу, что, мол, уезжаю к дочери, спасибо за всё и так далее.
– Странно, почему записка лежала на полу?
– Ничего странного. Балконная дверь была открыта, и вероятно сквозняком бумажный лист снесло на пол. Поэтому не сразу сообразили, что постоялец больше не вернётся. Все вещи обслуга отнесла в склад. И если в ближайшее время дочь их не заберёт хотя, что там забирать, только старые, ношеные вещи, чемодан отправится на помойку.
– Я могу прочитать записку?
Директор пансионата замялась:
– В свете последних событий, может, будет лучше с полицией?
– О да! Вы правы, так будет лучше, – безропотно согласилась Лариса. – И ещё я хочу попросить оставить этот разговор в тайне. Многое из того, что я вам рассказала, лишь предположения.
А тем временем в палату, в которой лежал Иса, заглянул его друг Алексис. Полицейский не хотел будить товарища. Прикинул, если больной спит, тихонько пройдёт на цыпочках, оставит гостинцы, а разговор составит позднее. Но как только скрипнула дверь, Иса открыл глаза и расплылся в улыбке.
– Ну, наконец-то, а я всё жду, когда ты появишься, – слабым голосом прошелестел адвокат.
– Привет раненый боец. К тебе так просто не подобраться. Твоя Лариса, как Цербер на страже покоя. Вот тебе фрукты, орехи и мёд. А теперь рассказывай, кто и за что хотел тебя убить.
– Я не знаю. Дела последнее время я вёл простые – два развода, один бизнесмен обратился, чтобы неустойку получить у судоходной компании, за порчу груза, пожилая женщина решила отсудить у взрослого сына пожизненное содержание, да всё это ерунда, мелочи. Только одно на ум приходит, это запутанное дело Дракопоулоса.
– Да что ты привязался к этому Дракопоулосу, что ты всё там роешь? Нет никакого криминала. Вдова спокойно тратит наследство в Европе. Она как уехала месяц назад, так и не появлялась здесь. Кому ты нужен, чтобы покушаться на тебя? Лучше вспомни, может кто-то из твоих бывших клиентов освободился?
– Ты знаешь, я почти не занимаюсь криминальными делами. А свидетели видели что-нибудь? Народу в этот день много было, лавочники, торговцы.
– Никто ничего толком не видел, допросили всех возможных свидетелей. Несколько человек заметили высокого мужика в бейсольной кепке и в очках. А ты может, обратил внимание на что-то странное, необычное? Кто находился рядом в тот момент, когда на тебя покушались?
– Да людей вокруг топталось полно! Праздник! Лариса, конечно всегда рядом, а ткнул он меня, когда находился сзади, всё произошло очень быстро. Одно могу сказать, что это сделал правша.
– Это я и без тебя знаю. Орудия мы не нашли, перерыли все помойки и мусорки вокруг. Вероятно, он заточку унёс с собой. И знаешь, что я скажу тебе, если бы не это покушение, то я бы подумал, что у тебя развивается паранойя.