Сквозь мечтательную, сладкую дремоту он услышал голос пилота по громкой связи. Тот принёс свои извинения за предоставленные неудобства и сообщил, что в связи с плохими погодными условиями, они вынуждены совершить посадку в городе Новокузнецке. Павел посмотрел в иллюминатор и восхитился умению пилотов ориентироваться в почти нулевой видимости. Стоял поздний вечер. За бортом кружила плотная, снежная буря. Стюардесса попросила всех покинуть салон самолёта после полной остановки и пройти в здание аэровокзала. Павла раздосадовала вынужденная остановка, его ежедневник был расписан по минутам. Но ничего не поделаешь, против погоды не попрёшь. Он взял свой портфель, одежду и в общем потоке двинулся к трапу, возле которого уже стоял автобус. Небольшой аэропорт оказался чистым и уютным. Календарь показывал начало марта, а в залах ещё сохранилась новогодняя отрибутика – на окнах сверкали гирлянды, и пальма в деревянной кадушке переливалась ёлочными игрушками. Залы ожидания кишели людьми, рейсы задерживались из-за нелётной погоды. Павел поднялся на второй этаж в ресторан, чтобы как-то скоротать время, но табличка на дверях гласила, что заведение закрыто на спецобслуживание. Слышались крики «Горько!», пьяный галдёж и шум разгулявшейся толпы. Он разочарованно поплёлся к выходу, чтобы выкурить сигарету. Снаружи ветер мёл позймкой. Снег кружился хлопьями, и становилось понятно, что снежная круговерть не закончится так быстро, как хотелось бы. Возле дверей толкались таксисты, предлагая уехать куда угодно и почти задаром. Павел краем уха слушал их разговоры, смех и анекдоты.
– «Увезу в город, по цене маршрутного такси…»
– «Поедем в Мыски, Междуреченск…»
– «Белово, Компотовск…»
Павел потёр лоб. Что-то знакомое мелькнуло, неожиданно вспомнился разговор, который произошёл в номере московской гостиницы. Казалось, это произошло так давно, в той, другой жизни, он передёрнул плечами, как от озноба, вспомнив болезненную любовь к молодой жене покойного отца. В этой любви было что-то порочное и неправильное. Чтобы не терзать себя муками совести, Паша предпочитал думать об этой женщине, не как о мадам Дракопоулос, а как о Зое Бирюковой из небольшого сибирского города Компотовск. Он вспомнил, как Зоя сказала, что не продала квартиру покойных родителей, оставила из сентиментальных соображений. И сейчас, когда её хотела найти греческая полиция, безопаснее всего находиться здесь, в сибирской глубинке, где её никто не знает, как бывшую миллионершу, мадам Дракопоулос. Павел принял решение быстро. Весь багаж он держал в руках, паспорт в кармане. Мужчина подошёл к бомбиле и махнул рукой.
– В Компотовск поехали.
Мужик обрадовался, подцепил нового пассажира под руку и поволок на стоянку, к старенькой иномарке, густо запорошенной снегом. Пискнул ключом сигнализации, тут же повернулся назад к зданию аэропорта со словами:
– Ты садись, а я ещё пассажиров покличу, может ещё, кто в попутчики найдётся.
– Стой! Я оплачу, сколько скажешь, поехали. Пока я не передумал.
– Хозяин- барин. Поехали.
Дорога заняла минут сорок, и всё это время водитель не закрывал рот. Травил какие-то шофёрские байки, сетовал на цены, ругал правительство, а конкретно мэра, который, по его мнению, продал город армянской диаспоре. Павел слушал в полуха и только попросил отвезти его в местную гостиницу, выразив надежду, что там найдётся номер для него.
– Не вопрос, – успокоил его таксист. – Если места не найдётся, отвезу тебя на частную квартиру. Ты надолго к нам?
– Почему вы думаете, что я не житель этого города?
– Был бы жителем, знал бы город и в гостиницу не совался.
– Да, вы правы.
Павел усмехнулся. Столичные таксисты вели себя с клиентом более уважительно, и не позволяли тыкать незнакомому человеку. А в глубинке подобострастие ни к чему – все парни и девчата, бабы и мужики. Внешне здание выглядело весьма презентабельно. К счастью, номер в небольшой гостинице для него нашёлся, а из дверей ресторана тянуло ароматом жаркого. Он отдал паспорт для заполнения карточки администратору, а сам отправился прямиком на запахи жареного мяса, молодых огурцов и свежесваренного кофе. Мужчина решил вкусно поесть, выпить немного коньяку и хорошо выспаться. Пожилая женщина администратор окликнула его:
– Господин Пушков, сколько дней вы намерены провести в нашем отеле?
Он вернулся к стойке и задумался на секунду:
– Думаю, двух дней мне хватит.
Он заплатил за двое суток проживания, получил назад паспорт и ключ от номера. Отель был небольшой, два этажа, построенный, вероятно, лет пятьдесят назад, но со свежим ремонтом и достаточно уютный.
«Ну и цены в глубинке, – он выложил деньги на стойку без слов. – Столько стоит ночь в московском отеле пять звёзд. Оно и понятно, выбора для гостей города нет. Или кровать в избе у какой-нибудь бабки или небольшая комната с умывальником и один туалет с душем на весь этаж».