– Я читала газеты, – задумчиво произнесла вдова, разглядывая языки пламени, – и помню все, что написали репортеры. Мне надо бы поговорить с мистером Браддоком, чтобы узнать факты, о которых журналисты не упомянули.
– Разве есть таковые? Все опубликовано и изъезжено вдоль и поперек, правда, без толку. У полиции даже нет подозреваемых. Ни одного. Но почему вас так сильно это интересует?
Госпожа Джашер лишь неопределенно пожала плечами:
– Ну, я все-таки друг профессора, моя дорогая, и, естественно, хотела бы помочь ему разгадать эту тайну.
– О, тут никаких шансов! – махнула рукой Люси. – Да и с отцом данную тему лучше не затрагивать.
– Почему? – удивилась собеседница.
– Он и без того не думает ни о чем другом, и нам с Арчи не удается отвлечь его от мрачных мыслей. Мумию украли, Сиднея похоронили. Собственно, и обсуждать-то теперь нечего.
– Однако если предложить награду…
– Мой отчим слишком беден, чтобы найти деньги за поимку преступника, а правительство этого делать не станет, – с глубоким вздохом заметила мисс Кендал.
– Я назначила бы вознаграждение, если бы профессор мне разрешил, – неожиданно объявила вдова.
– Вы? Но я полагала, что ваш достаток не позволяет…
– Так и есть, я не слишком богата. Однако вскоре получу несколько тысяч фунтов.
– Поздравляю вас. Наследство?
– Да. Я ведь как-то рассказывала вам о своем брате, коммерсанте в Пекине? Так вот, он умер.
– Мне очень жаль…
– Что толку печалиться? Я никогда не плачу по пролитому молоку и достойно принимаю все удары судьбы. С братом я почти не общалась, поскольку мы много лет прожили вдали друг от друга. Он вернулся на родину уже тяжелобольным и поселился в Брайтоне. Несколько недель назад, вскоре после убийства Болтона, меня вызвали к смертному ложу. Брат находился при смерти несколько дней и на прошлой неделе скончался. Он оставил мне почти все свои деньги, и я нашла бы средства для профессора.
– Но зачем вам это нужно? – опешила Люси, попутно отметив про себя, что госпожа Джашер не носит траура.
– Вы же догадываетесь, милочка, что я не прочь выйти замуж за вашего отчима, – потерла вдова холеные ручки.
Люси и бровью не повела, ибо знала об этом давным-давно.
– Я так и предполагала, – прошептала она.
– И что вы скажете?
Мисс Кендал опустила глаза.
– Если отчим согласится… – выделила она последнее слово. – Значит, такова его воля, почему я должна возражать? Я ведь выхожу замуж за Арчибальда и покидаю профессора. Он будет одиноким…
– То есть вы спокойно отреагируете, если я сделаюсь его женой и вашей матерью?
– Признаться, госпожа Джашер, – холодно промолвила Люси, – меня с отчимом связывает лишь тот факт, что когда-то он женился на моей маме. Выходит, вы моей матерью никогда не станете. Если бы я собиралась и дальше жить в Пирамиде, то у нас, конечно, могли бы возникнуть разногласия, но скоро я буду миссис Хоуп, и нам лучше сохранить дружеские отношения.
– Я полностью согласна, – деловито подхватила Селина. – В конце концов, я не слишком сентиментальна. Мне приятно, что вы, Люси, не возражаете против нашего бракосочетания. Я не хочу, чтобы из-за этого мы поссорились и вставляли друг другу палки в колеса.
– Откровенно говоря, – тихо засмеялась девушка, – я не имею на отчима никакого влияния. Он женится на вас, если сочтет, что так ему лучше, и со мной советоваться не станет. Но… – Тут мисс Кендал сделала выразительную паузу и добавила – Одного не понимаю: какая вам польза от супружества с Браддоком?
– Польза в том, чтобы стать леди Браддок, – выпалила вдова, но, заметив на лице девушки неприкрытое изумление, спросила: – Неужели вы не в курсе, что ваш отчим из дворянской семьи?
– А, – понимающе кивнула мисс Кендал. – Да, действительно брат профессора, сэр Дональд, – старый холостяк. Если он умрет без наследников, то мой отчим получит титул.
– Так в этом-то все и дело! – воскликнула госпожа Джашер. – Я готова обменять наследство на титул, чтобы открыть научный салон в Лондоне.
– Вот оно как! Только вы никогда не заставите Браддока переселиться в столицу, – охладила ее пыл Люси.
– Подождите с выводами; если я выйду за него замуж, – проницательно изрекла маленькая женщина, – то сделаю из него человека. Конечно, мумии и погребальная утварь – довольно шокирующие украшения интерьера, но если профессор станет сэром Джулианом Браддоком, я смирюсь. Разумеется, я не пылаю к нему нежными чувствами: в моем возрасте мечтать о любви попросту абсурдно. Но я буду ему хорошей женой, а с моими деньгами он займет надлежащее положение в ученом мире, чего ему пока не удалось. Конечно, меня больше устроила бы артистическая натура, ведь наука – это такая скукотища! Однако я уже немолода и теперь, немного разбогатев, хочу получить от жизни все, что мне положено. Вы со мной согласны?
– Меня радует, что, после того как я уеду из Пирамиды, останется кто-то, кто позаботится об отчиме. Он ведь совершенно не разбирается в простейших бытовых вопросах. К тому же мы с вами подруги, так почему бы не доверить профессора вам?
– Дорогая моя девочка! – Селина привстала и нежно поцеловала Люси в щеку. – Я уверена, мы поладим.
