— Почему нет? Салон означает известность. Я соберу вокруг себя всех столичных ученых и сделаю этот дом настоящим центром светского общества. Профессор же может оставаться в своей лаборатории, если он так хочет. Как его жена, я и сама смогу сделать все необходимое. А впрочем, моя дорогая, — госпожа Джашер отпила чая, — сейчас об этом говорить слишком рано. Раз в целом вы не против моего брака с вашим отчимом, то оставьте все детали мне. Хотя, конечно, я с радостью приму любой совет, как лучше к нему подобраться.
Люси какое-то время молчала, глядя в свою кружку.
— Теперь вы должны будете сообщить профессору, что ваш брат умер и вы разбогатели, — многозначительно сказала она, наконец. — Однако я советовала бы вам надеть траур. Иначе профессор Браддок будет сильно удивлен.
— Да, судя по всему, у него и в самом деле очень чувствительное сердце, — словно между делом заметила Селина. — Меня с братом почти ничего не связывало, а уж профессор-то о нем и не слышал. Однако я последую вашему совету. В конце концов, черный мне к лицу. — Она провела ладонью по чайному столику. — Ну, а что же вы, дорогая?
— Мы с Арчи сыграем свадьбу весной.
— А ваш второй поклонник уже вернулся?
— Сэр Фрэнк Рендом? — переспросила мисс Кендал, покраснев.
— Конечно. Он заходил ко мне вчера, и я не сказала бы, что он убит горем.
Люси кивнула, покраснев еще сильнее:
— Предполагаю, что его утешила другая женщина.
— Конечно. Нынешние молодые люди такие ветреные. У них на уме то одна девушка, то другая. Вы злы на него?
— Нет, ничуть.
— А по-моему, очень даже да, — усмехнувшись, возразила вдова. — Иначе какая же вы женщина! Уж я-то знаю, каково видеть молодого человека, столь легко меняющего свои сердечные пристрастия.
— Кто же она? — быстро спросила Люси, отведя взгляд.
— Донна Инес де Гавангос.
— Испанка?
— Я бы сказала, колониальная испанка из Лимы. Ее отец, дон Педро де Гавангос, случайно встретился с сэром Фрэнком в Генуе.
— И? — нетерпеливо поинтересовалась Люси.
Госпожа Джашер пожала пухлыми плечами:
— Ну, дорогая, неужели вы не можете сложить вместе два и два? Конечно, сэр Фрэнк влюбился в Инес — этого темного ангела.
— Темного! А я светловолосая! Выходит, он вовсе меня и не любил.
— Возможно, сэр Рендом захотел перемен. Он поставил на белое и проиграл, и потому в этот раз решил поставить на черное. Вот что делает с людьми Монте-Карло! Кроме того, эта молодая дама — Инес — богата. А Фрэнк сказал мне, что проиграл очень большую сумму — много больше, чем мог себе позволить. Однако мне показалось, вы не очень-то довольны.
При этом замечании Люси словно пришла в себя.
— Что вы, я рада. Конечно, любой женщине было бы горько видеть, что отвергнутый жених так быстро забыл бы ее. Но, в конце концов, я не могу обвинять сэра Фрэнка за то, что он попытался найти утешение. Если я выйду замуж раньше, он будет танцевать на моей свадьбе, а если он успеет первым, то я станцую у него.
— И вы оба потанцуете на моей, — подытожила госпожа Джашер. — Просто какая-то свадебная эпидемия! Через день или около того донна Инес должна приехать сюда вместе со своим отцом. Как я слышала, они остановятся в военной гостинице.
— Как, в этой жуткой дыре?
— Что вы, это чистое и весьма приличное местечко. Кроме того, сэр Фрэнк едва ли мог бы пригласить их остановиться в форте, а у меня тут нет лишней комнаты, чтобы принять их. Однако я уверена, что донна Инес и Рендом непременно зайдут ко мне, точно так же, как вы с Арчи в свое время.
— Боюсь, две пары в вашей гостиной никак не поместятся, — рассмеялась Люси, вставая и собираясь уходить. — Я очень надеюсь, что все сложится хорошо: вы станете женой господина Хоупа, я буду миссис Браддок, а Рендом возьмет в жены свою Инес. Но я хотела бы знать еще одну вещь…
— Какую же?
— Почему была украдена эта мумия? Кому она нужна, кроме ученых?
— Выходит, убийца и вор — ученый, — подытожила госпожа Джашер. — Надеюсь, когда-нибудь мы узнаем правду. А тем временем будем наслаждаться жизнью.
— Это хороший совет, я постараюсь им воспользоваться, — объявила мисс Кендал и, счастливая, покинула гостеприимный дом своей старшей подруги.
