— Над чем корпишь? — Вытянув шею, Пауэлл заглянул в бумаги Ференцо.
— Да над отчетом. — Ференцо безнадежно махнул рукой. — Пока не начал писать, до меня не доходило, как безумно все выглядит. Надо подобрать слова, чтобы смотрелось серьезно.
— Удачи! — Пауэлл встал и снял куртку со спинки стула. — Думаю, надо глянуть на грузовик.
— Спасибо. — Ференцо посмотрел на часы. — А после можешь идти домой. Уже шестой час, а у тебя ведь выходной. Передай привет Сэнди, и отдыхайте.
— Если не возражаешь, лучше я о тебе не буду упоминать, — сухо заметил Пауэлл. — Ты сам-то поспи.
Лавируя между столами, Пауэлл вышел из комнаты.
— Угу, — пробормотал Ференцо. — Да.
Он отхлебнул холодного кофе и снова углубился в отчет. Эх, надо было серьезнее относиться к курсу по литературному мастерству в университете.
— Первые несколько лет были самыми тяжелыми, — говорил Александр, отпивая темное красное вино из изящного бокала. — Веловски помог нам с оформлением на острове Эллис, но когда мы оказались предоставленными самим себе, от него уже мало что зависело.
— Воображаю, — сказал Роджер. — Обычные дома для вас были чем-то совершенно новым?
— Для нашего поколения — несомненно. Наши предки, однако, жили в домах, и сказители сохранили эти воспоминания. Конечно, и то недолгое время, что мы провели на корабле, дало некоторое представление о жизни в четырех стенах.
— Разумеется, те, кто уже вырос здесь, чувствуют себя вполне уютно, — добавила Иоланте. — Иногда, особенно зимой, дети явно предпочитают оставаться под крышей, чем сидеть в деревьях.
— Хотя, подозреваю, какую-то роль здесь играет наличие видеоигр, — пробормотал Василис.
— Вы поэтому не хотите уезжать с Манхэттена? — спросил Роджер. — Привыкли к образу жизни?
— Мы не хотим уезжать с Манхэттена, потому что это наш дом, — не без раздражения ответил Александр. — Мы боролись за это место, старались изучить язык и культуру, найти работу, обжиться, спокойно растить детей. Почему мы должны позволить выкинуть себя отсюда?
— Конечно, — сказал Роджер. — Извините.
— Мы не просим сочувствия, — продолжал Александр. — Только понимания. И, если сами решите, защиты наших интересов.
— Мы сделаем, что сможем.
Роджер вздрогнул, когда с другого конца стола раздался взрыв детского смеха, такой громкий, что уши заболели.
— Это они тренируют ревун?
— Просто расшумелись. — Иоланте, подавшись вперед, строго взглянула на детей. — Ивонна, ты не могла бы их успокоить?
— Извините. — Женщина на другом конце стола дважды щелкнула пальцами. — Дети, замолчали! Ешьте.
Все мгновенно стихли и принялись за еду; теперь оттуда доносилось только деловитое стаккато ножей и вилок.
— Как видите, они мало чем отличаются от обычных малышей, — с улыбкой заметил Александр.
— Вы, несомненно, приспособились к жизни средних американцев, — согласился Роджер, глядя на детей. — Мне это напоминает рождественский ужин с семьей Кэролайн в Вермонте.
— Конечно, мы привыкли, — сказала Иоланте. — А у вас большая семья, Кэролайн?
— Человек двадцать, — лаконично ответила Кэролайн. Голос ее звучал необычно ровно.
Роджер наморщил лоб.
В лице жены было какое-то напряжение, будто она старалась что-то скрыть.
— С тобой все нормально? — шепнул он.
— Да, вы явно не в своей тарелке, — подтвердил Александр. — Что-нибудь не так?
Поколебавшись, Кэролайн положила вилку и взглянула заклинателю прямо в глаза.
— Да, по-моему, кое-что не так. Мы тут сидим едим, а Меланта где-то на улице, голодная и продрогшая.
— Ясно, — спокойно сказал Александр. — А почему вы решили, что никто ее там сейчас не ищет?
Кэролайн опешила.
— Вы хотите сказать, что ищут?
— В эту минуту около восьмидесяти зеленых ходят по улицам Манхэттена, пытаясь найти ее, — тихо сказала Иоланте. — На самом деле почти все, кто живет в Центральном и Морнингсайд-парке. Это вас успокоит?
Кэролайн дернула углом рта.
— Немного.
— Всего лишь немного? — улыбнулся Александр. — Пожалуйста, продолжайте. Что мы можем сделать, чтобы вас успокоить?
Кэролайн осторожно вздохнула.
— Николос говорил, что вы возглавляете фракцию, которая хочет сражаться с серыми. Это правда?
— Совершенная, — спокойно подтвердил Александр. — Как и Николос, я многое повидал. Я знаю, что совершили серые, и не верю, что между нами может быть мир.
— Но с вами согласны не все зеленые, — сказала Кэролайн. — А вам, если вы собираетесь драться, нужно, чтобы все заняли вашу сторону?
— На самом деле мне нужно только большинство, — поправил Александр. — Если я его получу, остальные последуют за мной.
— Все дело в том, что вам надо найти способ привлечь остальных зеленых. И я подумала, что мнимое предательство серых может вам помочь.
— «Мнимое»? — спросил Василис.
— Мне пришло в голову, что вы могли бы выкрасть Меланту и обвинить в этом серых.
Роджер напрягся. Но, к его облегчению, Александр, похоже, нисколько не обиделся.
— Ясно, — спокойно проговорил пожилой заклинатель. — И дальше что?
— В каком смысле? — спросила Кэролайн.
