– Мир вполне себе реальный, но помогать тебе понять этот мир не моя задача, сам хорошо справишься, или не справишься. Моя задача... Хорошо... Моя задача – облегчить твою текущую ситуацию и помочь её исправить. Слушай дальше. Браслеты яринов – управляющие конструкты, механизмы и артефакты построений и многих других объектов, субъектов и явлений. Вот с этим всем ты как ярин и обладатель браслета должен был взаимодействовать, но не случилось. Более того, другого браслета у тебя не будет, и твои возможности... минимальны. Я бы даже сказал, твои возможности... только в привычке окружающих, они не подтверждены с твоей стороны реальностью.
– Но крепость я поставил.
– Вместо поместья – заставу, то есть существенно уменьшил свои возможности.
– На застава более устойчива к осаде.
– Но меньше возможностей для развития, прироста жителей, экономики и прочее, для прироста армии, в конце концов.
– Это всё проблема?
– О, это только... верхушка айсберга, у тебя нет возможностей, которые, по мнению окружающих, у тебя есть по умолчанию.
– Допустим, это так, хорошо, без «допустим». Я знаю, что это так... И что дальше?
– Дальше? Дальше ты даже не подозреваешь, что у тебя есть… и чего нет... Не подозреваешь, какой потенциал у тебя есть, и как...
– Хорошо, я понял... осознал и согласен, у меня есть эта проблема. Плюс проблема, что я уже не подозреваю, насколько глубока эта нора.
– Вот. – Человек положил на стол обруч из... металлических нитей. – Это решение твоей проблемы, это не починит твой браслет, но даст возможность войти в сеть.
– Сейчас я должен буду помочь твой спутнице?
– Не сейчас, когда придёт время.
– И что нужно сделать... поклясться, расписаться кровью?
– Нет, бери обруч, поезжай домой, надень его дома, лучше рядом с Урром.
– И всё?
– Всё.
– А осады?
– Смотри. – Добрый взял обруч и надел его на мой браслет, обруч сжало. – Носи его так, когда нужно что-то сделать, надевай на голову, не носи постоянно, голова будет болеть. Первый раз надень рядом с драконом, сонастройка займёт пару дней. Решение вопросов осады – здесь. – Он постучал пальцем по голове. – А браслет, обруч – инструмент.
– Насколько... важна помощь этой девушке? Как её зовут?
– Придёт время, ты сам решишь, насколько это важно, я не возьму с тебя слово.
– Но я буду должен?
– Это тебе решать, твои долги меня не интересуют.
– Всё?
– Нет, в этой деревне не оставайтесь, возвращайтесь... Отправляйтесь домой прямо сейчас... И поторопись... – Человек выдохнул морозный воздух инеем, укрывшим стол.
– Впечатляет. – Я встал. – Ю Лад! Мы уезжаем!
Ждал ли я вопросов – что, куда, почему? Скорее да.
Почищенные и накормленные лошади. Люди, воины, часть из которых голодные. Мы возвращались домой, потому что так сказал Добрый? Нет, потому что я ему поверил и сделал, как он сказал. А мои люди, хоть и не понимали, но следовали за мной.
Через час, или около того, я ощутил... вибрацию, взрыв, толчок. Что-то случилось там, где мы были... что-то нехорошее.
Дорога домой… Да-да, это уже было…
По прибытии домой я тут же ушёл. Остановив доклады и докладчиков, а также вопрошающих и вопросы.
Обруч легко снялся с браслета, так же легко растянулся вокруг головы. Дракон видел мои приготовления, вздохнул и свернулся калачиком, оставляя мне место. В голове стали вспыхивать искорки, усиливаясь по интенсивности и времени. Я поспешил занять выделенное мне место.
Очередная вспышка не погасла, осветив меня, мой мир и оставив меня... без меня. Это когда свет становится настолько ярким и интенсивным, что переходит на другую ступень восприятия. Или это наблюдатель переходит? Свет, не переставая излучать, оказался комфортным. Как лампочка в напольном торшере бежевого цвета. Чистый и домашний. Кресло, столик, торшер и стены комнаты, окрашенные в космические цвета. В цвета отсутствия цвета.
Пролетающие мимо звёзды любопытно оглядывались, проносящиеся мимо кометы хищно щерились, и лишь одно незримое и неизмеримое нечто спокойно ожидало моего прибытия.
Сначала свет торшера стал бледнее, фотоны, срывающиеся с нити накаливания, не успевали попасть на линзы моих глаз, как их засасывало в пустоту, затем атомы и молекулы кресла, столика, меня, торшера истончались, а нити взаимодействия лопнули и улетели.
Последним исчезло сознание. При том, что его не всасывало ничто, оно пропитало само ничто. «Где твой дом?» – шептались не мысли. «Кто твой я?» – отвечали не... не...
Я ждал боли, я как-то так это представлял – ощущение боли должно было меня собрать, вернуть, выкинуть.
Я ждал света, как-то именно так должно было быть.
Я ждал – желаний, влечений, устремлений.
Я получил разочарование. Когда едешь на собранные за год деньги на море, а оно грязное, холодное, и вообще погода нелётная. Когда берёшь в первый раз автомат, чётко видишь цель, жмёшь на курок, а пули ложатся куда угодно, кроме мишени.
