– Кто еще знает, что вы с Хироко встречались в Андерхилле?
Сакс замялся.
– Ладно. Я кое-что соображаю, старина. Хотя, конечно, любой мужчина в Андерхилле через многое прошел. Эта мегера сделала из нас настоящий гарем.
– Многомужие?
– Неверность, черт меня подери! Двадцать две супружеские измены.
– Да уж…
Десмонд снова рассмеялся.
Сразу после восхода солнца они увидели белые клубы дыма, поднимающиеся в небо. Сперва эти сгустки оставались единственной аномалией пейзажа. Через несколько минут терминатор планеты прокатился прямо под ними, а на восточном горизонте появилась широкая оранжевая полоса земли. Она протянулась с северо-востока на юго-запад и тоже была затянута дымом, который валил из одного ее участка. Впадина под ним клокотала, словно буйное вулканическое извержение, прикованное к этой точке, а выше сиял ослепительный луч света. Он был яркий и плотный, как гигантский столб, но становился все менее различим по мере того, как рассеивался дым – на высоте примерно в десять тысяч метров.
Сакс принялся гадать, откуда взялся луч: до воздушной линзы оставалось еще порядка четырехсот километров. А потом он увидел нечто вроде призрачного облака, парящего над горизонтом. Он спросил у Десмонда, что это может быть, но Койот лишь пожал плечами.
А у подножия этой световой указки вопроса видимости уже не стояло. Этот столп словно перенесся сюда из ветхозаветных времен и теперь с легкостью раскалял и расплавлял камни на поверхности Марса. Сакс присвистнул. Вот что такое пять тысяч градусов по Кельвину на открытом пространстве!
– Надо быть поосторожней, – заявил Десмонд. – Если залетим в луч, то сгорим как мотыльки в свете лампы.
– Уверен, в дыму большая турбулентность.
– Ага. Я буду держаться от него подальше.
Сакс неотрывно смотрел вниз: там, где луч, окутанный дымом, встречался с оранжевым каналом, что-то бурлило. Через определенные промежутки времени наружу выплескивались все новые клубы, зловеще подсвеченные снизу. К северу от точки кипения находился участок, где камень мог охладиться. Сакс задумался: ландшафт напомнил ему один фильм об извержении вулкана на Гавайях.
И пламенеющие волны вздымались именно к северу от канала, заполненного жидким камнем. Встречая неожиданное сопротивление, они выплескивались на темные берега. Ширина канала составляла порядка двух километров, и он простирался до самого горизонта. «Похоже, он достигает не меньше двухсот километров в длину», – решил Сакс.
Ложе канала, расположенное к югу от луча, уже заполнилось черной массой. Это и был совсем недавно расплавленный камень, который теперь покрывала паутина багровых трещин. Слишком четкая линия канала и столб света явно свидетельствовали о том, что все это – дело рук человека. Сакс задумчиво кивнул. Оно и понятно – ведь за многие тысячелетия на поверхности Марса вулканической активности не было и в помине.
Десмонд закончил облет, резко накренил стелс и взял курс на север.
– Луч из воздушной линзы движется на юг, выше по линии мы сможем подлететь ближе.
Канал расплавленного камня быстро бежал на северо-восток, но когда самолет отдалился от выжигаемой зоны на достаточное расстояние, ландшафт изменился. Раскаленная лава спекалась по краям блестящей коркой, разбитой новыми оранжевыми трещинами. Сам канал приобрел угольно-черный цвет, равно как и берега по обе стороны.
Сакс зачарованно смотрел на эту непроницаемую полосу, бегущую по ржавым взгорьям Гесперии.
Десмонд накренил стелс и снова повернул на юг, подлетев еще ближе. Койот был суровым пилотом и безжалостно бросал самолет почти к земле.
Когда Сакс разглядел оранжевые трещины, жаркий восходящий поток круто подбросил стелс вверх, и Десмонд взял немного западнее. Здесь дымящийся поток озарял берега и изломанные линии холмов.
– Мне казалось, они должны быть стеклянными, – выдавил Сакс.
– Обсидиан. Кстати, я заметил несколько разных цветов. Это линии других минералов – они буквально впечатаны в стекло.
– Насколько далеко тянется выжженная полоса?
– Они режут от Цербера до Эллады, проходят как раз к западу от вулканов Тирена и Адриатической горы.
Сакс прищурился.
– Они говорили, что создадут канал между морем Эллады и северным океаном!
– Верно. Но они молниеносно испаряют карбонаты.
– Насыщают атмосферу?
– Да, но не забудь о CO2! Они крушат все на своем пути. Мы не сможем дышать тут годами! Мы будем заперты в городах.
– Может, они считают, что сумеют удалить излишек CO2, когда Марс прогреется…
Десмонд покосился на него.
– Ну, как? Полюбовался, приятель?
– Более чем.
Десмонд рассмеялся своим пугающим смехом и мигом накренил стелс. Теперь планер словно преследовал терминатор на западе и низко парил под длинными тенями рассветной земли.
