Зеленый Марс полностью

Он достал портативные ножницы из ключницы и вырезал лист из длинного рулона полотенца. Потом залез на бачок и перекрыл вентиляционную решетку, протолкнув лист в щели. Там еще оставались просветы, но они были крошечными. Сакс спустился и прошел к двери. Под ней тоже виднелась почти сантиметровая щель. Он вернулся обратно и отрезал еще несколько полос от полотенца. Филлис хрипела. Сакс опять направился к двери, скинул задвижку, распахнул створку, вытолкнул баллоны с газом наружу и вышел в коридор. Напоследок он посмотрел на Филлис, лежавшую ничком, и закрыл дверь. Подпихнул под створку куски полотенца, оставив лишь одно небольшое отверстие в углу. Окинул взглядом коридор, сел на пол, взял баллончик и, пристроив гибкую маску к угловой дыре, выпустил внутрь все содержимое емкости. Он проделал это двадцать раз, складывая пустые баллончики в карманы, и даже смастерил для пустой тары пакет из остатков полотенца.

Наконец, Сакс поднялся и побрел к машине. Баллончики весело позвякивали в карманах. Сев на водительское сиденье, Сакс нажал на газ, и машинка дернулась вперед. Сакс почему-то вспомнил, как Филлис сбросило на пол в момент остановки. Наверное, ей было очень больно…

Он затормозил. Выскочил и побежал к туалету, звеня на ходу. Рванул дверь на себя, вошел, задержав дыхание, схватил Филлис за лодыжки и выволок ее наружу. Она слабо дышала и слегка улыбалась. Сакс подавил желание пнуть ее и кинулся к машине.

Он мчался к противоположной стороне горы Хант на полной скорости. Добравшись до цели, Сакс вызвал лифт и спустился до уровня метро. Быстро сел на поезд и проехал через весь Берроуз до Южной станции. Его пальцы тряслись, а костяшки на руке опухли, посинели и болезненно ныли.

На станции Сакс купил билет на юг, но когда предъявил его контролеру, глаза у того округлились. Мужчина выхватил из кобуры пистолет, чтобы арестовать его, испуганно крича своим напарникам, чтобы те пришли ему на помощь.

Очевидно, Филлис очнулась раньше, чем рассчитал Сакс.

Биогенезис, в первую очередь, является психогенезисом. Данная истина никогда не была выражена сильнее, чем на Марсе, где ноосфера предшествовала биосфере. Слой мыслей сначала окутывал безмолвную планету издалека, населяя ее камнями и мечтами. Так продолжалось до той минуты, пока Джон не ступил на поверхность и не сказал: «Вот мы и на Марсе». В тот судьбоносный момент вспыхнула яркая зеленая точка и распространилась, как степной пожар, пока вся планета не запульсировала viriditas. Как будто она раньше чувствовала, что ей чего-то не хватает, а затем ожила по-настоящему. Так, в противостоянии разума и камня, ноосферы и литосферы, отсутствовавшая биосфера развернулась с поразительной быстротой, словно бумажный цветок в руках фокусника.

А может, все это просто казалось Мишелю Дювалю. Он страстно отдавался каждому признаку жизни в ржавой пустыне и схватился за ареофанию Хироко с рвением утопающего, которому бросили спасательный круг. Хироко подарила ему новый способ видения. Чтобы практиковать его, Мишель перенял привычку Энн гулять по часу перед закатом. Он находил пронзительное удовольствие в каждом клочке травы и в каждой вытянутой тени, а в любом клубке осоки и лишайнике видел маленький Прованс.