Фэйрин, однако, почти мгновенно пришел в себя и ответил на выпад Тропоса тонкими, желтыми лучами яростной энергии. Желтые и голубые молнии скрестились, рассыпая во все стороны крупные шипящие искры. Раздался оглушительный треск, искры посыпались гуще, последовала целая серия громоподобных разноцветных взрывов, и внутри магического огненного круга закипела такая ожесточенная битва, что самих волшебников не было видно в облаках горячего разноцветного пара и россыпях ярких искр. Тем не менее ни один из них не смог пока одержать верх, и беспощадные удары так и сыпались с обеих сторон.
— Сколько же это может продолжаться? — воскликнул Альбин.
— Недолго, парень, во всяком случае — не вечность, — отозвался Фен. — Они уже потратили столько энергии, что это не может не сказаться на обоих. Лучше бы, конечно, они истребляли друг друга, чем нас.
— Похоже, что последний выпад Тропоса задел Фэйрина, — прошептала Ривен побелевшими губами. Ужас был явно написан на ее лице. — Видите, он согнулся и упал на колени?!
Тропос тоже заметил, что нанес противнику чувствительный удар.
— А теперь, — безумно взвизгнул он, — теперь настало время нанести последний удар!
В одной руке Тропоса появился кинжал, а в другой он держал клетку Сэл, которая каким-то образом попала в его обожженную руку, хотя все это время она стояла на пне за пределами огненного круга.
— Это пиллаун! — проскрежетал Тропос, держа клетку над головой. — Помнишь заклинание, о котором рассказывал нам Пербельд? Заклинание, которое может превратить волшебника — любого волшебника — в прах? Оно было недоступно нам, потому что для него требовалась одна очень редкая вещь — живое сердце пиллаун!
— Он хочет убить Сэл! — крикнула Ривен и вскочила, собираясь броситься вперед. Фен и Альбин успели схватить ее за руки и удержать. Как раз вовремя. В этот самый миг Сэл, которая с неестественным спокойствием прислушивалась ко всему происходящему, вырвалась из своей незапертой клетки и с потусторонним воплем вонзила свои острые как бритва когти в изумленное лицо Тропоса.
— Аиии-ииии! — заверещал Тропос, когда пиллаун метнулась прочь.
Затем он крикнул еще громче — протяжно и жутко. Смертоносные желтые молнии сорвались с кончиков пальцев поверженного Фэйрина, и мстительный старый колдун вспыхнул, на глазах у изумленных и испуганных стьюритов превратившись в масляно-желтый огненный шар.
— Сэл! — позвала Ривен в голос.
— Она улетела в безопасное место.
— Нам надо убираться отсюда, госпожа, — настойчиво зашептал Фен, многозначительно подмигнув Альбину.
— Ты наверное знаешь? Ты видел? — допытывалась Ривен.
— Абсолютно достоверно. А теперь, госпожа, нам надо побыстрее отправиться к башне, пока стьюриты не пришли в себя и не принялись оглядываться по сторонам. В некотором смысле нам не повезло, что Фэйрин решил устроить это представление именно сегодня ночью. Когда Арант немного протрезвеет и пошевелит мозгами, ему может прийти в голову, что все это было затеяно для того, чтобы отвлечь его внимание от какой-нибудь вылазки Броуна. А теперь, леди, возьмите нас за руки и позвольте помочь вам перебраться через эту канаву. Право же, вам одной будет неловко.
Неумолчный гул потревоженного лагеря стьюритов все еще раздавался в ушах троицы, а едкий дым еще тревожил обоняние, когда они миновали последние посты в тылу лагеря.
— Как ты думаешь, что случилось с Фэйрином? — шепотом спросила Ривен, когда поле битвы осталось далеко позади.
— Не знаю, — ответил ей Фен, — ему здорово досталось. Но если и есть такой человек, который способен подняться после такой взбучки, так это этот колдун.
Ривен внезапно остановилась:
— Я не могу вот так уйти от него. Мне нужно вернуться.
Альбин схватил ее за запястье:
— Нельзя, Ривен. Нельзя. Если мы хотим спасти Джедестром, то у нас нет на это времени. Если Тропос убил его, то ты ничего не сможешь с этим поделать. Если же он жив, то и тут вряд ли удастся ему чем-нибудь помочь. Кроме того, мне кажется, что он сам сумеет о себе позаботиться, а вот перед нами стоит грандиозная задача, и половина ночи уже прошла.
Несколько долгих секунд Ривен стояла неподвижно. Наконец она пошевелилась, неохотно кивнула и сделала несколько шагов вперед. Маленький отряд тронулся за ней, и вскоре в темноте замаячила огромная, призрачно-серая тень. Это и была сторожевая башня, в которой Фен и Альбин спрятали Зеленый огонь.
— Башня выглядит заброшенной, — прошептала Ривен. — Разве ее никто не охраняет?
— Броун выставил здесь часовых, — пояснил Фен, — но если у них была хоть капля здравого смысла, они должны были разбежаться, когда подошли стьюриты.
— Будем надеяться, что Арант не выставил здесь свою стражу, — вздохнул Альбин.
— Да, это вероятно, — признал Фен. — Но я думаю, что он еще не отыскал Зеленый огонь. Если бы он до него добрался, мы бы уже знали.
С этой тревожной мыслью все трое стали со всеми предосторожностями подниматься по склону холма, на котором была выстроена башня.
— Я никого не вижу.
— Я тоже, — согласился с Альбином Фен, — похоже, нам повезло.