Это был настоящее дентрийское удостоверение личности на имя Рант Ларес! В документе значилась отметка о выдаче на Дентре и знак принадлежности к первой группе по биологическому виду.
- Ты там была?! - Воксликнула Лаиса.
- И не только была. Я там жила достаточно долгое время. Дату видишь? Какой сейчас в Империи год?
Лаиса смотрела на Рант теперь совсем иными глазами.
- И они ничего?
- Ничего. Теперь ты понимашь, что Император здесь вовсе ни при чем?
- Ты должна об этом рассказать всем.
- Кому? ОНР? Там это известно. Знаешь что мне после этого предлагали? Идти шпионить.
- Я ничего не понимаю. Кому тогда нужна война?
- Спроси кого нибудь другого. Лично я не знаю. Ясно только что этот некто находится не где-то, а прямо здесь. На Андерне.
- Ты не хочешь его найти?
- Одна? - Спросила Рант. - ОНР мне не верит.
- А если поверит?
- Тогда и говорить будем, когда поверит. А пока я не уверена, что этот некто не находится именно там.
- В ОНР?!
- Думаешь, только среди дентрийцев бывают преступники? Встречала я всякую мразь и среди ратионов. Можешь мне поверить. И именно такие держатся за власть не брезгуя никакими средствами.
- Я бы не хотела что бы это оказалось правдой.
- Я тоже. - Ответила Рант. - Но я смотрю на все трезво. И не пытаюсь каждому встречному заливать кровь в глаза, что бы он рвался на фронт. Представь, я в первый день сама пошла на сборный пункт. И даже сдала экзамен на летчика-истребителя.
- И ты никуда не пошла? - Удивилась Лаиса.
- Я не сдала политэкзамен. Знаешь что это означает?
- Что?
- Это означает, что эта война - война политики, а не настоящая. Спрашивает меня один человек, что я сделаю с пилотом самолета, который я собью, если увижу как он выскочил с парашутом? Ему очень хотелось, что бы я его пристрелила. А я ему сказала, что если это будет над пустыней, приземлюсь и подберу его, а если нет, то оставлю как есть.
- Ты просто заставляешь меня верить тебе. - Сказала Лаиса.
- Я видела очень многое в жизни. И могу тебе сказать только одно. Война всегда заканчивается. А когда заканчивается, есть только три исхода. Победа одних, победа других договор о мире. А остановка войны на время без договора, это не есть ее прекращение. В нашем случае есть только два исхода и посчитай, какой нам более выгоден?
- Договор о мире. Но это невозможно.
- Невозможно? Ты не поняла что я говорила?
- Он сейчас невозможен, Рант.
- Согласна. Сейчас в данную минуту невозможен. Но кто знает что произойдет завтра? Я хочу, что бы ты поняла меня. Тот кто не думает о мире во время войны, никогда этого мира не добьется. Нужно желать его и стремиться к нему. Не любыми средствами, но всеми доступными.
- Я поняла. Ты хочешь что бы я рассказала об этом другим ратионам в ОНР?
- Не надо на них выливать ушат холодной воды. - Сказала Рант. - Иначе они тебя просто выкинут. Ничто не делается сразу. Говори не со всеми, ищи сомневающихся, тех кто ищет решение проблемы по настоящему. Лезть сейчас на бруствер с белым флагом попросту глупо. Я сказала, а сама полетела бы в бой с ними, но я не делала бы из этого удовольствие для себя.
- Это смахивает на заговор.
- Хорош заговор. - Усмехнулась Рант. - Старуха Рант Ларес и Старший Наблюдатель…
- Знаешь, если бы ты сейчас мне всего этого не сказала, я пошла бы и передала все о тебе и о твоих мыслях о войне и Империи.
- А ты теперь этого не сделаешь?
- Нет.
- Не советую.
- Почему?
- Потому что будет лучше если ты это передашь туда. Не как свое, а как мое.
- А дети?
- Что дети? Думаешь они пропадут?
- Но тебя же могут…
- Могут. Вот и увидишь сама, что в ОНР больше разума или злости. Если разума, меня не тронут.
Рант не тронули. Но Лаиса все же получила приказ отправить ее в другой город и вскоре небольшой состав кое как доволокся до Смерг-Хора. Город был под стать своему неприятному названию. Ратинов в нем так же было мало, и Рант попав на первую встречу с ними, поняла, что говорить им что либо бесполезно. Старший Наблюдатель поняв смысл первых слов Рант просто взвыла, называя Рант дезертиром. А еще через несколько дней в город прибыла комиссия ОНР, которая должна была разобраться с Рант Ларес по заявлению Старшего Наблюдателя.
- Ну и в чем дело? - Спросил председатель комиссии.
Рант подошла к нему, затем взглянула на Старшего Наблюдателя и вновь перевела взгляд на Председателя.
- Некоторые очень недалекие ратионы считают, что детей родителей уехавших на фронт надо бросать посреди улицы. - Ответила она и положила перед Председателем бумагу с разрешением на воспитание детей родителей уехавших на фронт.
- Как это понимать? - Спросил Председатель.
- Я сказала ей, что мне много лет, что я много воевала и решила взться за воспитание детей вместо того что бы идти на фронт. Несколько других женщин передали мне своих детей, и сами отправились воевать. А она обозвала меня предателем. Полагаю, у нее никогда не было детей, раз она так говорит.
- Да ты! - Завыла ратион вскакивая.
Председатель взглянул на нее.
- У вас есть дети? - Спросил он.
- Они все на фронте.
