Для того чтобы поймать зеленый свет, нужно умение: намерение, контекст, осмысление, выносливость, предвидение, стойкость, скорость и дисциплина. Зеленый свет можно поймать, если определить, где в твоей жизни горит красный, и изменить курс так, чтобы его избежать. А еще зеленый свет можно заслужить или разработать и создать самому. Можно даже запланировать, где он должен быть в будущем – чтобы облегчить себе путь, – но для этого нужны сила воли, тяжкий труд и правильный выбор. Мы сами можем создавать зеленый свет.
Для того чтобы поймать зеленый свет, нужно уметь улучить момент. Момент в жизни мира, а не в твоей собственной. Когда попадаешь в струю, настраиваешься на волну. Зеленый свет можно поймать по счастливой случайности, просто оказавшись в нужное время в нужном месте. Удастся ли поймать зеленый свет, в будущем во многом зависит от интуиции, кармы и везения. Иногда поймать зеленый свет помогает судьба.
Успешное движение по магистрали жизни означает правильное отношение к неизбежному в нужный момент. Неизбежность ситуации не относительна;
Это и есть секрет того, как жить в свое удовольствие:
Такое вот искусство жизни.
Я верю, что все наши поступки – часть плана. Иногда все идет по плану, а иногда нет. И это тоже часть плана. Осознание этого – очередной зеленый свет.
В конце концов сегодняшние трудности в зеркале заднего вида твоей жизни окажутся скрытым благословением. Со временем вчерашний красный свет ведет тебя к зеленому свету. Все разрушения рано или поздно приводят к созиданию, смерть ведет к рождению, боль – к наслаждению. В этой жизни или в следующей все, что падает, обязательно поднимется.
Все дело в том, как относиться к стоящим перед нами проблемам и как с ними справляться. Настойчиво добивайся, меняй курс или признавай поражение. Выбор делаешь ты сам, и всякий раз выбор зависит лишь от тебя самого.
Эта книга о том, как поймать больше «да» в мире, полном «нет», и как распознать, зеленый свет и как осознать, что желтый и красный в конце концов становятся зеленым.
ЗЕЛЕНЫЙ СВЕТ
Отец только что вернулся с работы. Швырнул в стиральную машину замызганную синюю рубаху (на левом нагрудном кармане вышито «Джим») и в одной майке сел во главе стола. Проголодался. Мы с братьями уже поужинали. Мама вытащила из духовки отцовскую порцию и метнула тарелку по столешнице.
– Солнышко, пюрешки побольше, – сказал отец, принимаясь за еду.
Он был человеком крупным: ростом шесть футов четыре дюйма, весом 265 фунтов. «Самый что ни на есть бойцовый вес, – говорил он. – Был бы легче, слег бы с простудой». В его сорок четыре года 265 фунтов выпирали в местах, которые в этот вечер совершенно не привлекали маму.
– Тебе пюрешки мало, ЖИРДЯЙ? – рявкнула она.
Я спрятался за диван в жилой комнате, занервничал.
Отец, не поднимая головы, продолжал есть.
– Глянь, какое пузо отрастил. Ну жри, жри, ЖИРДЯЙ, – приговаривала мама, наваливая в отцовскую тарелку невероятное количество пюре.
И понеслось. БАБАХ! Отец оттолкнул стол к потолку, встал и подступил к маме.
– Черт побери, Кэти, я целыми днями горбачусь, прихожу домой отдохнуть, дай хоть поесть спокойно.
Ну, дальше пошло-поехало.
Мои братья знали, что будет. И я знал. И мама знала, поэтому бросилась к телефону на дальней стене кухни, чтобы вызвать полицию.
– А тебе все неймется, да, Кэти? – процедил отец сквозь сжатые зубы и, тыча указательным пальцем, двинулся к ней через кухню.
Мама с размаху зафигачила ему по лицу телефонной трубкой.
Из разбитого носа хлынула кровь.
Мама подбежала к шкафчику, схватила двенадцатидюймовый поварской нож и пригрозила:
– Что, слабó тебе, ЖИРДЯЙ?! Вот я тебе сейчас все кишки выпущу!
Они кружили посреди кухни. Мама грозила ножом, отец с разбитым в кровь носом злобно скалился. Он сгреб початую четырнадцатиунциевую бутылку кетчупа «Хайнц», открыл крышку и стал размахивать бутылкой, как клинком.
– Давай-давай, ЖИРДЯЙ! Я тебе живо пузо пропорю!
Отец встал в позу матадора и начал прыскать на маму кетчупом.
– Ага! Попал! – с издевкой вопил он, прыгая из стороны в сторону.
