Снимать же крышки с занятых и осматривать их внутри, Мария считала неправильным. Но как раз здесь и могли быть тайники: и тот, что сделал Андрей, и тот, который искал Мейтин. Надо было что-то делать. И Маша решилась опять попробовать посмотреть сквозь предмет. Данька шёпотом сказал ей, что тоже попробует. Он не хотел, чтобы Грег знал о его способности.
Они молча разошлись по разным сторонам саркофага и принялись его сканировать. Дело оказалось долгим, выматывающим и болезненным. По крайней мере, у Марии быстро заболела голова. Но на пятом или шестом объекте их настырность была вознаграждена.
– Есть! – шёпотом воскликнул Данька. – Ма! Там что-то есть!
– Тихо! Мы не можем без хозяев трогать здесь что-либо. Грег, там случайно не время обеда?
– Нет, Мария. Обед уже давно прошёл. Мне кажется, лучше пригласить хозяев сюда и пусть сами посмотрят. Если это то, что мы ищем, то тер Андариан нам скажет.
– Правильно, Грег. Иди за ними. А мы с Даниилом подождём у входа.
Поднявшись наверх, Маша с наслаждением вдохнула чистый и тёплый воздух осени. Октябрь здесь был теплее, чем на Земле. Нет, месяцы назывались по-другому, но Маша по привычке пользовалась земными названиями. Она же здесь ненадолго.
– Дань, а ты как воспринимаешь то, что видишь внутри чего-то?
– Ещё толком не понял. Взгляд как будто упирается во что-то, а потом появляются контуры предмета. Ма, я ведь серьёзно хочу здесь учиться. У меня открытие нового мира произошло. Теперь, зная, что у меня есть магия, как я буду жить на Земле?
– Не знаю, сын. Об этом надо думать отдельно и не спеша. Тут тоже может быть много подводных камней. А первый и главный – это сословный мир. Здесь есть аристократия и простолюдины. И они на разных полюсах. Мы – простолюдины. Я даже не знаю, как тебя воспримут однокурсники. Надо серьёзно подумать и всё просчитать, сын.
– А если ты выйдешь за аристократа? – Данька заинтересованно наклонил голову.
– С ума сошёл! Откуда такие мысли?!
– Ой, а то я не вижу, как тер Андариан на тебя смотрит.
– Знаешь, что! – возмутилась Мария, – мал ты ещё такие темы с матерью обсуждать!
– Ничего не мал. Мне же отчима выбираем, – проворчал Даниил.
– Ах, ты, поганец! Ну, погоди! Я тебе выберу дома. Ох, выберу! – пригрозила она сыну.
Но выяснять отношения дальше не стала. К ним уже приближались мужчины.
– Что у вас, показывайте, – обратился к ним Андариан.
Все вновь спустились в усыпальницу, и Даниил показал, где нашёл тайник.
– Нет, я сюда ничего не прятал, – отказался шеф. – Но посмотрю, что это может быть.
Он также, как Даниил, прищурил глаза и уставился на место возможного клада (так вот у кого Данька эту манеру подсмотрел), и через минуту бросил Грегу:
– Принеси инструменты.
Грег пришёл с небольшим ломиком и топориком. Он осторожно поддел, очерченный Андреем, кусочек постамента. Тот неожиданно легко поддался, и их взглядам открылась небольшая ниша, на дне которой стояла высокая шкатулка среднего размера.
Андариан сделал пасс и, убедившись в безвредности для себя охранных заклинаний, вынул её наружу. Все вытянули шеи и замерли в ожидании. Андариан открыл крышку. Внутри, переливаясь радугой под светом магических светильников, лежали древние украшения. Что они древние, поняла даже Маша. А что это не простые украшения, а древние артефакты сказал шеф:
– Охренеть?! – по земному экспрессивно воскликнул шеф. – Это же наши родовые амулеты!
– Это ваши родовые украшения?
– Нет, Маша. Это наши родовые артефакты. Вот этот браслет, например, подтверждает право владельца на родовые земли. Его не сможет надеть посторонний человек. Браслет не застегнётся, потому что зачарован на кровь Гимметвинов. И так каждая вещь из этой шкатулки. Правда, не вижу перстня, но потом разберусь. Мы ведь, Маша, ни разу не видели эти вещи. Они считались утерянными уже лет триста. А все потомки изучали их только по родовым хроникам. Так что вы сделали нам неоценимый подарок. И я, как глава рода, перед вами в неоплатном долгу.
«Я обязательно вам напомню об этом», – хотела пошутить Маша, но вдруг поняла, что шутить на тему такого долга не стоит и вместо этого сказала:
– Послушайте, Андрей, мне не хочется вас огорчать, но я сама слышала, что Илория куда-то спрятала родовые украшения, оставшиеся от прежних хозяев. Может быть, часть амулетов там?
– Илория? – Андрей повернулся к Грегу.
– Не знаю, – покачал тот головой, – девушка, конечно, своевольная и капризная, но взять родовые украшения?.. Сомневаюсь. Она жила здесь с десяти лет, и эта семья стала ей практически родной. Её любили и баловали. Если и спрятала, то, скорее всего, по какой-то причине.
– Ладно. Разберёмся потом. А сейчас, Маша, продолжайте поиски моего тайника, как будто ничего не случилось. И не обсуждайте эту тему ни с кем. Грег, надеюсь на тебя.
– Конечно, господин.
