Этот вопрос мучал Октавиана ещё с тех пор, когда он впервые увидел Изабеллу и Фейриса вместе в тронном зале Королевского Дворца. С одной стороны, младший принц был молод и неопытен, и им было бы легко манипулировать, однако на него, полного сил профессионального солдата, организовать покушение было бы в разы сложнее, чем на его маломобильную, беременную сноху. В случае, если бы к верховной власти пришла Изабелла, ситуация изменилась бы с точностью до наоборот: никого и близко не подпускают к принятию решений, но расправиться с королевой вообще не представляет трудностей. А при более трезвом взгляде: какая разница? Через неделю-две всё равно запланирован глобальный передел вселенной, и какой монарх встретит его на троне — ни на что не повлияет. Государственный переворот случится независимо от личности правителя — это министр внутренних дел знал непременно. Получалось, можно «ткнуть пальцем в небо», «подбросить монетку»? Нет, такой расклад Октавиана тоже не устраивал. Он пока слишком плохо изучил Фейриса и Изабеллу, чтобы убедиться в их общей несостоятельности как «подавителей бунтов», поэтому он не мог быть уверен, что ни тот, ни другой не станут с ним бороться. Выходил замкнутый круг…
— Не знаю! — рассмеялся министр, так и не найдя нужных слов. — А как вы думаете?
— За такое короткое отделение я не успел даже с мыслями собраться! — сказал начальник таможни. — Хотя, если честно, то… я всё-таки поддерживаю четвёртого.
— Вот как! — удивился министр. — И с чем же это связано?
— Понимаете, Октавиан… — начал Вэрт. — Я знаком с Изабеллой с её младенчества, а с четвёртым — всего два дня, но уже сейчас я могу заявить, что четвёртый… порядочнее…
— «Вам кто нужен — монарх или священник?» — подумал Октавиан, но не помешал Вэрту договорить.
— Изабелла видит в верховной власти лишь желанную награду, а Фейрис — тяжкое бремя… Фейрис не добивается её всеми правдами и неправдами, в отличие от неё… Я уверен, если бы у Изабеллы была возможность организовать заговор, она бы это сделала, не колеблясь… Возможно, это именно она стоит за всеми событиями на Земле! А Фейрис… он бы не дерзнул нарушать неписанные законы и плести интриги. Он… не хочет стать королём, но он понимает, что он
— Погодите-погодите! То есть, по-вашему, Изабелла — главарь заговорщиков? — обрадовался министр, поняв, что находится вне подозрения.
— Конечно! Да вы что, она даже траур не носит, какие могут быть сомнения?! Помните, вчера за обедом: «К чему мне эти чёрные тряпки? Мне сейчас нельзя волноваться и грустить!».
Мистер Вэрт передал голос «без-пяти-минут-королевы» как можно неправдоподобнее. Это рассмешило Октавиана.
— Зря смеётесь, друг мой! — оборвал его начальник таможни. — Это действительно одно из доказательств её причастности!
— Косвенное, не более, — огорчил Вэрта министр. — Вы не сможете доказать, что Изабелла имела контакт с землянами. Она практически не отлучалась из дворца! А если у неё были сообщники — то кто?
Начальник таможни остановился и с подозрением уставился на своего спутника.
— Знаете, Октавиан… меня до сих пор волнуют обстоятельства вашего спасения с «Кита»… Ну какой идиот мог принять вас за королевскую особу, когда рядом стоял сам Фейрис первый?!
— Люди действовали стремительно, у них не было времени на размышления, — попытался оправдаться министр.
— И им даже примерно не описали того, кого они должны забрать? Чушь! В вашем спасении определённо был какой-то смысл… Оно было заранее запланировано… Может, это вы — тот самый пособник Изабеллы?!
Министр отпрянул от Вэрта в сторону.
— С той же вероятностью это можете быть и вы! — крикнул он, будто обидевшись. — Вы могли пару раз рискнуть здоровьем — всё же не такое больное у вас сердце, — и вылететь на Землю в любое время, с вашей таможни вас бы никто не заметил! Вы имеете огромный авторитет среди офицеров Космофлота, вы с юности дружили с министром обороны — отцом Изабеллы! У вас везде связи и везде друзья! Ну чем не благодатная почва для заговора?! Вы и на день рождения не согласились прибыть, сослались на болезнь, будто знали! Может, это вы — заговорщик?!
Мистер Вэрт отреагировал более чем неадекватно — со всей силы стукнул оппонента в живот, да так, что тот аж скорчился напополам. Впрочем, удар был скорее «дружеским», чем «должностным».
— Да если б я хоть когда-нибудь задумался о заговоре… — произнёс начальник таможни сквозь сжатые в ярости зубы, стоя над Октавианом. — У нас была бы уже новая правящая династия! Я был бы Вэртом первым!
Тут министр отошёл от удара и, прокашлявшись, выпрямился, на всякий случай сделав пару шагов вбок. Вэрт продолжал:
— Ты, похоже, забыл, с кем имеешь дело, Октавиан… Вспомни, кем ты был до встречи со мной! Жалким лейтенантом!
— Старшим лейтенантом! — поправил министр.
