— Думаю, мне часто придется там бывать после начала тренировок, — осторожно улыбаюсь. И получаю в ответ ещё одну неумелую улыбку от…, наверное, стоит называть его наставником:
— О, не беспокойся, Ян. Я достаточно хорошо владею своим телом, что не калечить учеников. Так что, ни что страшнее легкого дискомфорта от непривычных нагрузок тебе не грозит.
— Кенрин-кон, мне кажется, Вы довольно строгий учитель. Не будет ли Ваша мягкость ко мне вызывать лишние вопросы, — задумчиво склоняю голову к плечу.
— Я показался тебе мягким, Ян? Думаю, это просто иллюзия, — голос воина заледенел и заставил вытянуться по стойке смирно, — Идем, я покажу тебе твою комнату и библиотеку. Потом легкий ужин, разминка и тренировка.
Кенрин-кон повернулся ко второму выходу и плавно пошел. Казалось, ни в один миг своего движения он не был, сколь бы то ни было, не устойчив, из каждого положения можно было без труда начать атаку или отразить нападение.
За залом опять начиналась лестница, просторная и празднично-алая. Лэ! И как они тут живут! Я бы, наверное, с ума сошла: словно в середине костра стоишь. Только что стены не обжигают. Понятно, конечно, — родовой цвет, но…. Всему же должны быть пределы!
Мы прошли один оборот лестницы, который, наверное, проходил через три-четыре этажа, и свернули в просторный коридор, отделанный толи панелями из красного дерева, толи повторяющим их узор камнем. Пройдя где-то до середины, остановились у одной из множества дверей. Тянущиеся под потолком светящиеся нити разбрасывали по коридору алые блики. Наставник поднял правую ладонь и приложил к середине двери, а когда убрал на древесине (или, все-таки, камне?) осталось светящееся золотистое пятно.
— Дотронься, — холодный, бездушный голос заставил вздрогнуть. Лэ! И почему его зовут Каменным убийцей?! По мне, так — Ледяной!
Я медленно подняла руку и осторожно коснулась пятна. Сияние, словно живое, обернулось вокруг ладони и собралось в узкий золотой ободок на среднем пальце. Я тут же попыталась его снять, чтоб рассмотреть, но безуспешно.
— Это ключ от твоей комнаты, — прокомментировал Кенрин, насмешливо наблюдая за моими попытками, — Он зачарован от потери. Чтоб открыть или закрыть дверь просто мысленно попроси его об этом. Если вдруг заблудишься — он может показать тебе путь к комнате.
Значит, мысленно попросить? Ну что, колечко, распахнешь мне дверку?
Дверь стремительно дернулась. Ко мне на встречу. И если бы не Кенрин, чудом успевший выхватить меня из-под удара, то, вместо библиотеки, я отправилась бы в лазарет. Где-нибудь, до следующего утра… или вечера.
— Ты в порядке? — голос у наставника был напуганный. Он держал меня на руках, словно ребенка и встревожено смотрел в глаза.
— Д-д-да, спасибо, — я растерянно оглянулась на дверь, которая застыла впечатавшись в стену на толщину пальца. От неё во все стороны разбегались трещины. Все-таки камень: на дереве трещины идут вдоль волокон, а не поперек. И о чем я думаю?! Если бы не Кенрин…. Нет, я явно не о том думаю! Прошлое в прошлом, а думать нужно о будущем!
— М-можешь меня отпустить, — растерянно дергаю головой, и меня осторожно ставят на ноги, лишь слегка придерживая за талию. Боится, что упаду?
— Кенрин-кон, а какими словами нужно обращаться к ключу, чтобы она не дралась? — подхожу к двери, осторожно, не входя в сектор её открывания, и изучаю трещины. Глубокие. И широкие: палец свободно проходит. Они, случайно, не сквозные?
— Лэ! Никогда не задумывался: всегда просто просил открыть дверь, — наставник, чуть напрягшись, оторвал дверь от стены и принялся что-то магичить. Камень в месте удара повторял узор двери, словно вынутый из формы фигурный воск. Но через несколько минут трещины стали зарастать, а вмятина — выправляться. Сама же дверь, как ни странно, не пострадала.
— А ты какими словами обращалась? — уточнил Кенрин, повернувшись ко мне.
— Попросила распахнуть…. Но я же не думала, что она так понесется… и что она наружу открывается.
Наставник осторожно коснулся моего виска и шепнул:
— Не волнуйтесь, моя леди. Все хорошо. И все будет хорошо.
