Впереди показалась огромная крепость, похожая на странную пирамиду, а скорее перевернутую гроздь рубинового винограда. Причем в каждой «ягоде» спокойно могли тренироваться в воздушной схватке два крыла. Серо-коричневый, не типично равнинный для этих мест ландшафт заставлял её, расположившуюся на небольшом взгорке, сиять, словно костер. А яркий солнечный свет вился вокруг, словно языки пламени. Но, приблизившись, я смогла различить и искусную резьбу на рубиновых, полупрозрачных стенах, и завораживающие мозаики, притягивающие взгляд своей странной хаотичностью. Невозможно было понять, что они изображают. Вот это, например, похоже на огненное дерево… или на взлетающего дракона… или на костер…. Продолжать можно до бесконечности. Ещё ближе стали видны алые резные балконы и огромные окна, закрытые силовыми щитами. А ещё опаленные шрамы на камнях вокруг крепости. Следы тренировок? Или боев?
— «Вот она, Академия Ашайн!» — голос деда звучал гордо, но немного грустно. Плавно опускаемся на самую макушку, но прежде, чем достигнуть площадки, я успела почувствовать, как мы минули полтора десятка магических щитов. И ещё где-нибудь столько же я не заметила.
По привычке перекинулась в последние мгновенья полёта, и на гладко отполированный полупрозрачный камень опустились затянутые в крепкие кожаные сапоги женские ножки, а не когтистые драконьи лапы. Кстати, интересно как здесь умудряются поддерживать такой порядок? Ни песка и камней с ближних скал, ни царапин от когтей…. Площадку со всех сторон окружали невысокие, в половину моего роста, резные решетки с непонятным геометрически узором. Красиво…. А дальше раскинулась огромная каменная пустыня, упирающаяся в далекие громады гор. В сизой дымке почти не видно снежных шапок. Величественный пейзаж. Я подошла к краю площадки и едва не ослепла: окружающие скалы вспыхнули всеми оттенками алого. Красно-оранжевый, кровавый, вишневый, лиловый, огненный, красно-коричневый, золотистый…. И вся эта палитра сложилась в образ огромного алого дракона, летящего ко мне. Я заворожено смотрела, облокотившись о каменную решетку, не в силах оторваться, пока дед не положил руку мне на плечо.
— Это просто солнце отражается от камней, — сказал он тихо, — Пойдем.
— Кто это? И кто это сделал? — я продолжала рассматривать мираж, теперь уже пытаясь угадать, как лучи должны отражаться от камней, чтоб создать подобное. Дед устало вздохнул:
— Твой брат. А сделал — отец, в подарок матери к рождению первенца.
— Брат? Я о нем ничего не знаю, — удивленно поворачиваюсь к деду.
— Он погиб, вскоре после того, как тебе исполнилось четыре. Твоим родителям тяжело было об этом говорить…. Тема стала табу. Пойдем вниз, — дед развернулся и пошел к центру площадки. А я растерянно смотрела ему вслед. Лэ! Я даже о своем роде ничего не знаю, хотя, казалось бы, честно прочитала все семейные хроники. Наконец отпускаю решетку и иду к небольшому возвышению в центре площадки: грубые, темно-красные камни складывались в окружность высотой в пару локтей, защищавшую вход на узкую винтовую лестницу. От полированных стен исходил багровый свет, хоть и не раздражающий глаза, но создающий тревожную атмосферу. И лестница тоже была отполирована на столько, что я боялась упасть, и не стала догонять деда, чья спина виднелась впереди. Хотя спросить его мне хотелась о…
— «Но там ведь изображен взрослый дракон! У отца был пророческий дар? А у драконов он вообще, бывает?», — впрочем, всегда можно воспользоваться мыслеречью, не так ли?
Дед остановился и дождался меня, прежде чем ответить:
— Нет, у драконов нет провидческого дара. Твой отец летал к грифонам.
Мы медленно спускались. Лестница расширилась и теперь я могла идти рядом с дедом, осторожно касаясь стены, ставшей уже почти коричневой.
— А я думала, что магия грифонов просто позволяет им создавать порталы.
— Ну, порталы способны создавать все или почти все из старших рас. А вот грифоны властны как над пространством, так и над временем. И, эта власть гораздо большее, чем умение совмещать в одной точке два мира, — дед задумчиво улыбнулся и вошел в просторный сквозной зал. Стены были выложены необтесанным красно-коричневым камнем, пол — чуть светлее и подражал узором деревянным паркетам. В центре, скрестив руки на груди, так что кончики пальцев почти доставали до плеч, стоял сероглазый брюнет, в просторной красно-черной мантии. Из-за спины торчала серебристая рукоять меча, красно-черные волосы были непривычно коротко обрезаны и заканчивались в паре пальцев от головы. Стоял он так прямо и не подвижно, что в первый момент его можно было принять за статую. Пока не заглянешь в глаза: они словно просчитывали каждый шаг, казалось, он знает о каждом выступе на камнях, знает, где находится каждый дракон в Академии. Настоящий профессиональный воин.
Когда до него осталась пара шагов, мы замерли, а он грациозно преклонил одно колено и голову:
— Мой лер Ашайн, леди, — голос глухо раскатился по залу. «Мой лер»? Значит, этот воин принес присягу моему деду?! Или она перешла к нему от погибшего родича?
