Ганнибал не раз с сожалением думал, что если бы с такой эффективностью и настолько старательно разрабатывалась новая, ещё не истощённая территория, выход с неё был бы колоссальным. Но со всех сторон окружали враги, которые только и ждали момента, чтобы напасть и отобрать всё. В таких условиях бросить обжитые земли, оставить без защиты столицу и крепости на границах, устремиться вперёд в поисках быстрых ресурсов было смерти подобно. И даже несмотря на это медленно, но верно владения союза расширялись, периодически прирастая новыми территориями, которые очень эффективно высасывались, и, обычно, бросались после истощения…
Но главной причиной, по которой с альянсом предпочитали не связываться, были всё же не армия големов и не высокие стены. Враги боялись не только военной и экономической мощи союза. Они боялись самого Ганнибала…
В течение всего этого времени, что находился у руля, он привыкал к вседозволенности и могуществу. В том, «настоящем» мире, бывший бизнесмен никогда не был последней фигурой, но там он никогда бы не смог позволить себе таких вольностей, как здесь, в собственном небольшом государстве, будучи ещё и главой могущественного объединения игроков.
Ганнибалу беспрекословно подчинялись как неживые «болванки» компьютерных персонажей, так и настоящие люди. Специальная площадь, отведённая под казни, и слухи о пыточных вызывали трепет у всех без исключения. Поговаривали даже об игроках, якобы угодивших в темницы старого мага. Пусть даже несчастные и могли отключаться, бросив телесные оболочки на управление простейшим скриптам, их аватары терялись раз и навсегда. Не одна жалоба по поводу этого пылилась в архивах администрации…
Аура страха всегда сопровождала мага. Он знал об этом и старался поддерживать её, зачастую в ущерб своей выгоде расправляясь с насолившими себе лично. Репутацию Ганнибал всегда ценил дороже. Иногда он даже сам распускал о себе леденящие кровь слухи…
Вывести этого человека из равновесия было сложно, практически невозможно. Но, на людях демонстрируя завидное хладнокровие, в кругу «своих», которых давно воспринимал как бездушные предметы мебели, Ганнибал иногда позволял себе выпустить пар.
