Виктор сделал выбор, который перевернул нашу жизнь; мы были несчастны, но я никогда ни словом не упрекнула его, и тем более теперь, потому что никому не уйти от судьбы, и любящие должны поддерживать друг друга в беде. Виктор подал заявление на выезд в Израиль, ему было отказано, а он подавал снова и снова, хотя знал, что ответ будет отрицательным. Они отпускают евреев, которые не представляют никакой опасности, но для ученых, исследователей, военных и тем более для бывших сотрудников КГБ эмиграция закрыта навсегда. Виктор знал слишком много. Их секреты, их подлые методы. Они никогда не согласились бы отпустить его. Он представлял для них вечную угрозу, поэтому они его убили. Да, именно так, они его убили. Потому что он перешел на другую сторону, общался с их врагами, которые мечтали уничтожить эту безумную систему. Он разговаривал с журналистами и иностранными дипломатами и передавал им информацию об отказниках и диссидентах, о тех, кто находился в заключении или под домашним арестом; о тех, кого они всеми способами хотели заставить молчать. Виктор понимал риск своей деятельности; он пытался успокоить меня, уверял, что они не посмеют его посадить, но думаю, он сам себе не верил. Дело в том, что он не знал, как выбраться из этого положения.
Однажды утром Виктора нашли прохожие в парке Коломенское; его забили до смерти. Убийцы долго лютовали над ним, его было трудно узнать. Милиция утверждала, что его убили в пьяной драке, но я-то знаю, что он не пил, ну почти не пил. И ему совершенно нечего было делать в этом районе и в этом парке, засыпанном снегом. За несколько дней до своего исчезновения Виктор признался, что загнал нас в эту тупиковую ситуацию, сожалеет об этом и опасается за нашу безопасность. На похороны пришли его новые друзья, их было много, и они плакали. С тех пор я никак не могу решить, что нам делать: уехать или остаться? Я сто раз меняла решение. Говорила себе, что нельзя ломать жизнь девочкам, но все-таки решилась: мы эмигрируем. У нас уже есть визы в Израиль, и мы уедем. Потому что так хотел Виктор. И без преувеличения могу сказать, что он будет с нами, мы вместе покинем эту проклятую страну.
Прощаюсь с Вами, дорогой Игорь Эмильевич, потому что вряд ли мы с Вами когда-нибудь увидимся. А мне так хотелось познакомиться с Вами поближе, Виктор очень любил Вас. Будьте здоровы и вспоминайте о нас.
Дора Анатольевна Маркиш
* * *
