—
Поверьте, это правило ввели исключительно для удобства клиентов, а с мошенниками мы разберёмся и без этого, — подводит итог обсуждения Светлана, а мы тем временем входим в клиентский зал с целым рядом закрытых матовым стеклом кабинок. Над каждой горит зелёный огонёк.
—
Все свободны, так что мы можем занять любую, — поясняет Светлана.
Внутри кабинки находится стол с двумя стульями напротив друг друга, куда мы и усаживаемся.
—
Как будет осуществляться доступ к вашей ячейке? — спрашивает она. — По документу, по паролю, по предъявлении какого-то предмета?
Пароль я наверняка забуду, никаких уникальных предметов у меня нет, так что я без лишних слов протягиваю своё удостоверение личности. Заполнение клиентской карточки заняло всего лишь несколько минут, и вот ещё один служащий приносит пару никелированных ключей замысловатой формы.
—
Это клиентский ключ, — придвигает ко мне один из них Светлана. — Для того чтобы получить доступ к ячейке, вы должны будете предъявить ключ и этот же самый документ. Пойдёмте к лифту — заявку на вашу ячейку уже отправили вниз.
—
А куда именно её отправили? — сразу же интересуюсь я.
—
Не знаю, — извиняющимся тоном отвечает она. — Служащие, которые работают с клиентами, имеют доступ только к клиентской зоне. Я слышала, что все ячейки находятся в бронированных стойках, но в самом хранилище никогда не бывала. Вы, конечно, можете попробовать запросить разрешение на посещение, но, честно говоря, вряд ли его получите.
Привычных кнопок в лифте не оказалось — Светлана вставляет свой ключ в узкую щель, и лифт плавно едет вниз.
—
На каком мы уровне? — с любопытством спрашиваю я, когда двери открываются вновь.
—
Не знаю, — получаю я неожиданный ответ. — Никто не знает. Даже те, кто здесь работает, могут только гадать, на каком уровне они находятся.
—
Но можно ведь понять это по времени спуска, — с недоумением замечаю я.
—
Лифт спускается с такой скоростью, чтобы время спуска было одинаковым для каждого уровня.
Я не могу сдержать удивления. Когда я прошлый раз уезжала в длительную командировку и оставляла свои ценности в банке, их просто положили в жестяную ячейку, а стойка с этими ячейками стояла прямо в клиентском зале банка. У Арди, похоже, радикально иной подход.
Здесь я, наконец, отворачиваюсь от Светланы и смотрю вперёд. Одного взгляда мне хватило, чтобы рвануться обратно в лифт — увы, уже закрывшийся.
—
Всё в порядке, — успокаивает меня Светлана, — они безопасны.
—
Точно безопасны? — дрожащим голосом переспрашиваю я.
