—
Пока вы со мной, они совершенно неопасны, — заверяет она. — Извините, я заговорилась и забыла вас предупредить.
«Или не стала предупреждать, чтобы не сглаживать впечатление», — думаю я. Увы, самое циничное объяснение чаще всего и оказывается правильным. Но скорее всего, я всё-таки напрасно подумала так о Светлане — подобные ухищрения здесь не нужны, это впечатление не сгладить никаким предупреждением.
Пока мы шли к единственному выходу из лифтового зала — Светлана уверенно, а я на подгибающихся ногах, — твари неотрывно следили за нами горящими красным светом глазами. Рост в целую сажень, зубастые крокодильи морды, шипастые булавы в чешуйчатых лапах — я боюсь даже представить себе, как бы они меня встретили, проникни я сюда одна. Когда в моё прошлое посещение Алекс упоминал бойцовых крокодилов, я не восприняла его слова всерьёз — как оказалось, совершенно напрасно.
—
И много здесь таких? — нервно спрашиваю я, когда крокодилы, наконец, остались позади.
—
Только на входе у лифтов, дальше обычная охрана, — сочувствующим голосом говорит Светлана. — Поначалу всем было страшно, потом привыкли.
Радует, что кто-то, оказывается, может к этому привыкнуть — насчёт себя я не уверена.
Путь наш оказался недолог, и очень скоро мы оказались в большом зале с множеством пронумерованных дверей.
—
Это клиентская зона, — объясняет мне Светлана, — дальше пройти нельзя. А сейчас нам надо предъявить наши ключи охране.
Охранник за бронированным стеклом внимательно проверяет наши ключи и сообщает, что нам нужен восьмой отсек. Внутри отсека на столе уже стоит даже на вид тяжёлый ящик-ячейка с двумя замочными скважинами. Светлана открывает свой замок и покидает меня, а я остаюсь наедине с ячейкой. Вставляю свой ключ и поворачиваю его — с негромким щелчком замок открывается, и толстая стальная крышка плавно поднимается вверх. Да, это определённо не ящичек из консервной жести в углу клиентского зала.
Я бросаю последний взгляд на свои скромные ценности и решительно опускаю тяжёлую крышку. Мягко щёлкают оба замка. Сейчас Светлана проводит меня обратно, а затем кто-то, кого мы уже не увидим, заберёт мою ячейку в неведомые глубины, где прогуливаются твари с крокодильими мордами и горящими глазами, ожидая возможности опустить свои шипастые булавы на голову какого-нибудь незадачливого грабителя'.
— Живописно изложила, — хмыкнул Эрик, переворачивая последнюю страницу. — Но в целом пойдёт.
— Способная девочка, — кивнула Мира. — Мы уже зачислили её в постоянные контакты. Она поняла, что мы не собираемся её бросать, и ценит это.
— Вот только крокодилы эти мне категорически не нравятся, — с отвращением заметил Эрик.
