Если они захотят убить ее прямо в квартире, он бессилен помешать: консьерж, мать его, не свой. После комендантского часа он впустит только львов и полицию. Остается надеяться, что ее действительно выдадут замуж, и это не ложный маневр чтобы сбить бдительность.
* * *
Еле выбрав из полсотни сорочек одну, но оставшись недовольной, Наташа все-таки переоделась ко сну. Она перекинула волосы через правое плечо и поплыла из гардероба в спальню, будто несла на голове корону, а на плечах - мантию.
На круглой кровати уже лежал Марк, почесывая живот под одеялом. Она устроилась рядом в привычной за много лет позе, от которой должны бы появиться пролежни на левом боку. Он повернул голову и намочил губами ее макушку. На этом - все. Мужу больше нравилось любоваться, чем пользоваться ее красотой.
- Теперь ты знаешь, да?
- Не страшно, Наташа, - ничего в его сосредоточенном лице не изменилось. "Ни одна морщина не отреагировала", - подумала она.
- Ну, раз так... Я могу и дальше их навещать?
- Разумеется!
- О чем размышляешь?
"О том, как приятно чесать живот под одеялом? Да, я слышу, как шуршит шкура..."
- О лидерах оппозиции. Где их искать?
- Тут я помочь не могу. Но... Нельзя давить на своих, Марк. Тебе нужны друзья, а не соперники. Нам придется дать львам что-то взамен отнятых развлечений.
- Им всегда мало!
- Ну и пусть! Только так ты и сохранишь власть! Если будешь держать их за столом совета круглосуточно, рано или поздно встретишь соперника. А сейчас они настроены против тебя.
- И что?
- Я подготовлю вечеринку! По всем правилам, как им нравится. Танцовщицы, пару девочек из деревни, море и фейерверк! Сам знаешь.
- Вижу, тебе самой это интересно.
- Да! Это будет маскарад, - она показала пальцами маску.
- Займись этим.
- Есть, сэр! - передразнила Наташа Луиса, но никто из них не улыбнулся.
Она снова заметила на себе его довольный взгляд. Мысли читались легко: Марк радовался, что не ошибся с выбором. Он хотел красивую жену, не имевшую ничего общего с прочими кланами. Она оправдала его надежды, став царицей при главном льве.
- На следующей неделе отправлю Чарльза в научный город.
Он говорил об этом так просто, будто покупал рубашку в ее отделе.
- Чарльз смотрит на меня так жалобно, что жду с нетерпением, когда избавлюсь от него, - холодно ответила Наташа, отбрасывая в сторону невидимое препятствие. - Давно пора было так и сделать!
- Лео предложил оставить Келли здесь или увезти в деревню.
Она кивнула, не глядя на мужа.
- Что ты хочешь с ней делать?
Прямого вопроса он не ожидал. Нервно натянув одеяло по плечи, Марк шепнул "Не знаю". Точно не будет качать наркотиками, наскучило, понимала Наташа.
- Интересно... - протянула она вслух.
Он шмыгнул, чтобы хоть как-то отреагировать. Слов не было, и Наташа знала, что удивила его.
- Наташа, хотел посоветоваться... Что скажешь о чистке в классе D?
- То есть?
- Мне кажется, большинство революционеров - D. Легче будет направить удар на них, чем делать чистку в классе C и тем более в В. Остальные революционеры успокоятся, когда увидят, как мы разгромим крайние кварталы и расфасуем жителей по камерам Мелроуза.
Это будет легко: кварталы низшего класса занимали последние круги Нью-Тауна.
- Я думаю, только последний дурак после этого заикнется о демонстрации! - засмеялась Наташа.
Она зажмурилась, засыпая под его тяжелой рукой, а в темноте под веками уже сверкали искры фейерверка.
Двадцать шестое октября началось с обычного утра.
Люди проснулись и отправились по своим делам, не подозревая, что накануне председатель Марк Чандлер при полном единодушии ОП подписал три приказа. Первый объявлял подпольное движение врагом общества, сеющим вражду и смуту. Второй приказ - о дополнительном наборе на военный факультет и принятии всех желающих абитуриентов, увеличив стипендию на восемь процентов. Трудоустроенным же подняли зарплату. Третий представлял собой веление начать "чистку" - полностью освободить Нью-Таун от революционеров, начав аресты с класса D, как самого располагающего к развитию разного рода антисоциальных элементов.
Двадцать шестое октября завершилось необычным вечером.
После сирены в девять тридцать улицы опустели.
В назначенный час из гаража возле пятого учебного корпуса выехали двадцать автобусов по десять вооруженных военных в каждом - весь не задействованный в охране объектов состав, включая выпускной курс и преподавателей. Автобусы проехали в ворота Львиного города и выпустили пассажиров перед зданием совета. Там их ждал председатель. Он говорил недолго, только дал приказ, о котором они уже слышали от командира, и отправил на выполнение.
Автобусы разъехались в разных направлениях: у каждой группы были свои кварталы, у каждой десятки - свои дома и квартиры.
Консьержей предупредили об операции перед самым прибытием автобусов. Каждый открыл дверь по первому звонку.
И началось.