– Это еще не все, – добавил радости Борисов.
Оказалось, что, когда вышли на опушку, Йенсен обнаружил какое-то реликтовое дерево, заинтересовался, но мельком; решил подробнее взглянуть после ужина. После ужина подошел, подсветил фонариком и убедился: не ошибся. Согласно данным современной ботаники, этот вид деревьев существовал на Земле порядка пятисот тысяч лет назад. Может быть, миллиона лет.
– Вон оно, посмотрите, – кивнул он влево. – Да и вообще весь лес, вот там, – теперь кивнул в сторону быстро разгорающейся зари. – Взгляните-ка!..
Тот лес холмисто, с пологим подъемом уходил на восток, и был это совершенно иной лес, не похожий на африканские джунгли. Он походил на сосновый, но сосны странного вида, зонтичного какого-то: длинный, мощный голый ствол и высоко вверху крона раскидистым пучком, ветви как лучи, опушенные необычно длинными, явно мягкими иглами. Это по-своему красиво, но мистеру Гатлингу сейчас было не до красоты.
– Ничего себе… – потрясенно пробормотал он. – Это… это что же? Куда мы забрели?
– Вот я примерно то же спросил у себя, – вздохнул Борисов. – И не нашел ответа.
Какое-то время оба молчали. Реджинальд пытался объять разумом реальность и честно признавался, что получается не очень. Неизвестно, зачем он взялся блуждать взором по горящему солнечным золотом окоему, затем взгляд вернулся, прошелся по лежащим людям…
И тогда Реджинальд увидел, что один человек не спит. Лежит тихо, но не спит. Смотрит круглыми пугливыми глазами.
Это был негр Пьер – Реджинальд уже научился различать африканцев.
– Ты что? – шепотом спросил он, забыв про языковой барьер.
Пьер отшептал в ответ что-то коротенькое – и барьер исчез.
– Духи, – сказал Борисов. – Он сказал, что слышит духов.
– Да, – кивнул Гатлинг. – Но почему же мы не слышим?..
Услышали.
Давешний злобно-тоскливый вой покрыл пространство так, что спящие проснулись вмиг. Все. С обалделыми лицами.
– Что это?! – спросонья Вивиан задала глупый вопрос.
А Борисов вдруг переменился.
– Слушай меня! – железно скомандовал он. – Подъем! Оружие к бою! Кто не понял?.. Миссис Гатлинг, переведите, будьте добры!
Все это было по-французски. Ошарашенная Вивиан вмиг выкрикнула то же самое по-английски.
Через миг все, кроме негров, держали оружие в руках.
Неистовый рев пронесся над головами людей с пугающей близостью, и тут же ему ответил подобный, но, несомненно, другой – с первым духом перекликался второй.
Реджинальд даже не заметил, что на полном серьезе зовет их «духами».
– Ч-черт, – ругнулся Гленн. – Это… это ведь уже где-то совсем рядом!
– Это вот там, – спокойно сказал Борисов, указав на юго-восток. – И рядом, верно. Километра нет. И наверняка они идут сюда… Господа! И дамы. Не хочу вас пугать, но, похоже, придется вступить в бой.
– Со слонами?.. – попробовал пошутить кто-то.
– Это не слоны, – сказал Йенсен.
– А кто?..
Вопрос остался без ответа. Все увидели, как заколыхались вершины сосен метрах в трехстах. И тут же синхронно заколыхались немного правее.
Стал слышен быстрый топот, и шум раздвигаемых ветвей подлеска, и еще какой-то ритмично-сопящий звук – Реджинальд не сразу сообразил, что это – дыхание бегущей твари.
– Оружие готово? – негромко спросил Борисов.
Реджинальд нащупал предохранитель «томпсона».
– Готово, – доложил он.
– Рассредоточиться, – прозвучал приказ.
Команды топографа выполнялись мгновенно и беспрекословно. Даже немцами. Все признали его начальство в данный момент.
Рассредоточились фронтально, с небольшим внутренним прогибом в центре строя, увеличив сектор возможного обстрела. Топот, дыхание, треск сучьев делались все ближе и ближе… духи явно были облечены в огромное количество плоти и крови. Вскоре в просветах меж сосновых стволов замелькали гигантские серо-бурые тела, и…
И Реджинальд зачем-то начал отсчет: «Один. Два. Три. Четыре…» – не зная зачем.
Потом, вспоминая эти минуты, он диву давался тому, что начисто отключилась функция удивления. Он стоял с автоматом наготове, ни о чем не думал, лишь считал – и ничуть не обалдел, не потерял дар речи, когда на счете «восемнадцать» из леса на поляну вырвалось чудище.
– Ти-рекс, – спокойно сказал Йенсен.
Через секунду на поляну выбежал еще один.
Реджинальд смотрел на них холодно, оценивающе. «В голову надо стрелять, – родилась трезвая мысль. – Иначе пуля может не пробить».
Тираннозавры, они же ти-рексы, динозавры-хищники размером со слона – живее всех живых, с зеленовато-серой, грубой «крокодиловой» шкурой, с огромными головами с маленькими глазками и челюстями со страшно оскаленными зубами – весь этот облик был как бы воплощением злобы, безжалостности, жажды убийства, никаких сомнений.
Тот, что слева, угрожающе рыкнул – совсем негромко, но хватило, чтобы холод прошелся по человеческим телам. Правый ответил так же.
Руки крепче сжали оружие.
– Если они ринутся вперед – огонь, – велел Борисов.
Твари точно поняли его. Оба взревели и бросились на людей.
